Как я вам уже говорил: весь секрет фехтования заключается в том, чтобы, во-первых, наносить противнику удары, а во-вторых, чтобы самому таковых не получать, и вы никогда их не получите, если, как я это вам прошлый раз доказал путем наглядного примера, научитесь отводить шпагу противника от своего тела, а для этого нужно только легкое движение кисти руки – к себе или от себя.
Г-н Журден.
Стало быть, эдаким манером каждый человек, даже и не из храбрых, может наверняка убить другого, а сам останется цел?
Учитель фехтования.
Конечно. Разве я вам это не доказал наглядно?
Г-н Журден.
Доказали.
Учитель фехтования.
Отсюда ясно, какое высокое положение мы, учителя фехтования, должны занимать в государстве и насколько наука фехтования выше всех прочих бесполезных наук, как, например, танцы, музыка и…
Учитель танцев.
Но-но, господин фехтмейстер! Отзывайтесь о танцах почтительно.
Учитель музыки.
Будьте любезны, научитесь уважать достоинства музыки.
Учитель фехтования.
Да вы просто забавники! Как можно ставить ваши науки на одну доску с моей?
Учитель музыки.
Подумаешь, важная птица!
Учитель танцев.
Напялил нагрудник, чучело!
Учитель фехтования.
Берегитесь, плясунишка, вы у меня запляшете не как-нибудь, а вы, музыкантишка, запоете ангельским голоском.
Учитель танцев.
А я, господин драчунишка, научу вас, как нужно драться.
Г-н Журден
Да вы спятили! Затевать ссору с человеком, который все терсы и кварты знает как свои пять пальцев и может убить противника путем наглядного примера?
Учитель танцев.
Плевать я хотел на его наглядный пример и на все его терсы и кварты.
Г-н Журден
Полно, говорят вам!
Учитель фехтования
Ах, вы вот как, нахальная пигалица!
Г-н Журден.
Успокойтесь, любезный фехтмейстер!
Учитель танцев
Ах, вот вы как, лошадь ломовая!
Г-н Журден.
Успокойтесь, любезный танцмейстер!
Учитель фехтования.
Мне только до вас добраться…
Г-н Журден
Потише!
Учитель танцев.
Мне только до вас дотянуться…
Г-н Журден
Будет вам!
Учитель фехтования.
Я уж вас отколошмачу!
Г-н Журден
Ради бога!
Учитель танцев.
Я вас так вздую…
Г-н Журден
Умоляю!
Учитель музыки.
Нет уж, позвольте, мы его выучим хорошему тону.
Г-н Журден
Боже мой! Да перестаньте!
Г-н Журден.
А, господин философ! Вы как раз вовремя подоспели с вашей философией. Помирите как-нибудь этих господ.
Учитель философии.
В чем дело? Что случилось, господа?
Г-н Журден.
Повздорили из-за того, чье ремесло лучше, переругались и чуть было не подрались.
Учитель философии.
Полноте, господа! Как можно доводить себя до такой крайности? Разве вы не читали ученого трактата Сенеки о гневе? Что может быть более низкого и более постыдного, чем эта страсть, которая превращает человека в дикого зверя? Все движения нашего сердца должны быть подчинены разуму, не так ли?
Учитель танцев.
Помилуйте, сударь! Я преподаю танцы, мой товарищ занимается музыкой, а он с презрением отозвался о наших занятиях и оскорбил нас обоих!
Учитель философии.
Мудрец стоит выше любых оскорблений. Лучший ответ на издевательства – это сдержанность и терпение.
Учитель фехтования.
Они имеют наглость сравнивать свое ремесло с моим!
Учитель философии.
Это ли повод для волнения? Из-за суетной славы и из-за положения в обществе люди не должны вступать между собою в соперничество: чем мы резко отличаемся друг от друга, так это мудростью и добродетелью.
Учитель танцев.
Я утверждаю, что танцы – это наука, заслуживающая всяческого преклонения.
Учитель музыки.
А я стою на том, что музыку чтили во все века.
Учитель фехтования.
А я им доказываю, что наука владеть оружием – это самая прекрасная и самая полезная из всех наук.
Учитель философии.
Позвольте, а что же тогда философия? Вы все трое – изрядные нахалы, как я погляжу: смеете говорить в моем присутствии такие дерзости и без зазрения совести называете науками занятия, которые не достойны чести именоваться даже искусствами и которые могут быть приравнены лишь к жалким ремеслам уличных бортов, певцов и плясунов!
Учитель фехтования.
