Молчать, собачий философ!
Учитель музыки.
Молчать, педант тупоголовый!
Учитель танцев.
Молчать, ученый сухарь!
Учитель философии.
Ах вы, твари эдакие…
Г-н Журден.
Господин философ!
Учитель философии.
Мерзавцы, подлецы, нахалы!
Г-н Журден.
Господин философ!
Учитель фехтования.
Гадина! Скотина!
Г-н Журден.
Господа!
Учитель философии.
Наглецы!
Г-н Журден.
Господин философ!
Учитель танцев.
Ослиная голова!
Г-н Журден.
Господа!
Учитель философии.
Негодяи!
Г-н Журден.
Господин философ!
Учитель музыки.
Убирайся к черту, нахал!
Г-н Журден.
Господа!
Учитель философии.
Жулики, прощелыги, продувные бестии, проходимцы!
Г-н Журден.
Господин философ! Господа! Господин философ! Господа! Господин философ!
Г-н Журден.
Э, да ладно, деритесь, сколько хотите! Мое дело – сторона, я разнимать вас не стану, а то еще халат с вами разорвешь. Набитым дураком надо быть, чтобы с ними связываться, неровен час, так огреют, что своих не узнаешь.
Учитель философии
Приступим к уроку.
Г-н Журден.
Ах, господин учитель, как мне досадно, что они вас побили!
Учитель философии.
Пустяки. Философ должен ко всему относиться спокойно. Я сочиню на них сатиру в духе Ювенала, и эта сатира их совершенно уничтожит. Но довольно об этом. Итак, чему же вы хотите учиться?
Г-н Журден.
Чему только смогу: ведь я смерть как хочу стать ученым, и такое зло меня берет на отца и мать, что меня с малолетства не обучали всем наукам!
Учитель философии.
Это понятное чувство, nam sine doctrina vita est quasi mortis imago. Вам это должно быть ясно, потому что вы, уж верно, знаете латынь.
Г-н Журден.
Да, но вы все-таки говорите так, как будто я ее не знаю. Объясните мне, что это значит.
Учитель философии.
Это значит: без науки жизнь есть как бы подобие смерти.
Г-н Журден.
Латынь говорит дело.
Учитель философии.
У вас есть основы, начатки каких-либо познаний?
Г-н Журден.
А как же, я умею читать и писать.
Учитель философии.
С чего вам угодно будет начать? Хотите, я обучу вас логике?
Г-н Журден.
А что это за штука – логика?
Учитель философии.
Это наука, которая учит нас трем процессам мышления.
Г-н Журден.
Кто же они такие, эти три процесса мышления?
Учитель философии.
Первый, второй и третий. Первый заключается в том, чтобы составлять себе правильное представление о вещах при посредстве универсалий, второй – в том, чтобы верно о них судить при посредстве категорий, и, наконец, третий – в том, чтобы делать правильное умозаключение при посредстве фигур: Barbara, Celarent, Darii, Ferio, Baralipton и так далее.
Г-н Журден.
Уж больно слова-то заковыристые. Нет, логика мне не подходит. Лучше что-нибудь позавлекательнее.
Учитель философии.
Хотите займемся этикой?
Г-н Журден.
Этикой?
Учитель философии.
Да.
Г-н Журден.
А про что она, эта самая этика?
Учитель философии.
Она трактует о счастье жизни, учит людей умерять свои страсти и…
Г-н Журден.
Нет, не надо. Я вспыльчив, как сто чертей, и никакая этика меня не удержит: я желаю беситься, сколько влезет, когда меня разбирает злость.
Учитель философии.
Может быть, вас прельщает физика?
Г-н Журден.
А физика – это насчет чего?
Учитель философии.
Физика изучает законы внешнего мира и свойства тел, толкует о природе стихий, о признаках металлов, минералов, камней, растений, животных и объясняет причины всевозможных атмосферных явлений, как-то: радуги, блуждающих огней, комет, зарниц, грома, молнии, дождя, снега, града, ветров и вихрей.
Г-н Журден.
Слишком много трескотни, слишком много всего наворочено.
Учитель философии.
Так чем же вы хотите заняться?
Г-н Журден.
Займитесь со мной правописанием.
Учитель философии.
С удовольствием.
Г-н Журден.
Потом научите меня узнавать по календарю, когда бывает луна, а когда нет.
Учитель философии.
