Летиция
Беллмур. Поверьте, сударыня, у меня есть другое объяснение, позабавней, и вам стоит его выслушать. Вчера вечером, ожидая друга, я засиделся у него дома допоздна, и мои с ним короткие отношения позволили мне воспользоваться его постелью. Хозяина не было всю ночь, а утром слуга подал мне письмо. Распечатав его, я счел содержавшийся в нем план настолько очаровательным, что весь день напролет думал об одном — как его осуществить, и лишь потом удосужился прочесть адрес на конверте. Я был крайне изумлен, обнаружив, что письмо адресовано мистеру Вейнлаву. Приношу миллион извинений, сударыня, и, видит бог, готов дать вам любое удовлетворение.
Летиция
Беллмур. Вы, кажется, чем-то озабочены, сударыня?
Летиция. Надеюсь, вы — джентльмен и, узнав о проступке слабой женщины, не воспользуетесь этим, чтобы погубить ее репутацию. По-моему, вы для этого слишком благородны...
Беллмур. И слишком влюблен. Если я говорю неправду, значит, лицо мое — лжесвидетель и заслуживает быть выставленным у позорного столба. Нет, богом клянусь...
Летиция. Если хотите, чтобы я поверила, не клянитесь, а просто обещайте.
Беллмур. Хорошо, обещаю. Но обещание — это такое холодное слово! Разрешите мне поклясться этими очами, этими смертоносными очами, этими целительными устами. Пусть они с чарующей нежностью коснутся моих губ и навеки скрепят мое слово!
Летиция. На этом условии — согласна.
Беллмур. Мгновение показалось мне вечностью. Еще раз — на любых условиях.
Летиция. Нет, нет...
Беллмур. Что ты делаешь? Этого не передаст ничей язык, даже твой. Это можно передать лишь твоими устами. Ох, мне дурно от избытка блаженства. Любовью заклинаю, отведи меня куда-нибудь, где я смогу прилечь. Скорей! Боюсь, что у меня пароксизм.
Летиция. Господи, что еще за пароксизм?
Беллмур. Ну, в общем, припадок. Я уже чувствую симптомы.
Летиция. А это надолго? Я боюсь вас вести к себе в спальню.
Беллмур. Нет, ненадолго. Дай мне только прилечь, и все пойдет на лад.
Сцена четвертая
Белинда. Как я рада встретить тебя, дорогая! Я была на Бирже[39] и так устала.
Араминта. Почему?
Белинда. Ах, эти изуверские варварские наемные кареты! Я превратилась в форменное желе. Наверно, я ужасно растрепана?
Араминта. Да, голова у тебя чуточку не в порядке.
Белинда. Чуточку? Нет, в страшном беспорядке. Что за отвратительная физиономия! Какой плачевный вид! Ха-ха-ха! Дай бог, чтобы сюда никто не завернул, прежде чем я не подремонтируюсь. Ах, дорогая, сколько перевидела я сегодня разной деревенщины! Ха-ха-ха! Не могу отделаться от мысли, что выгляжу сейчас точь-в-точь как эти особы. Подколи, милочка, вот здесь, а я буду рассказывать. Вот так, прекрасно. Благодарю, дорогая. Как я уже говорила тебе... Фи, это самый непокорный локон!.. Так вот, я уже говорила... Ну теперь я тебе нравлюсь? Или по-прежнему уродлива? Все еще выгляжу ужасно? Так ведь?
Араминта. Нет, нет. Ты выглядишь как нельзя лучше.
Белинда. Итак... Но на чем я остановилась, дорогая? Я говорила...
Араминта. Ты собиралась о чем-то рассказать, милочка, но так и не успела начать.
Белинда. Ах да, о комичнейшем зрелище. Когда я была в лавке миссис Снипуэлл, туда заглянул сельский сквайр в сопровождении жены и двух дочек. О боже, не девушки, а пара плохо вылизанных щенят!
Араминта. Представляю себе. Пухленькие, румяные сельские девушки...
Белинда. Жирные, как откормленная домашняя птица. А разряжены, честное слово, так, что ты приняла бы их за фрисландских хохлаток, у которых перья растут задом наперед. Ох, до чего же нелепые создания! Такие простенькие, такие чуждые моде и всему общепринятому! У меня не хватило терпения втихомолку любоваться ими, и, предложив одной из них переделать перед платья, я постаралась придать ему более современный вид.
Араминта. Господи! И ты решилась нанести этой леди подобную обиду? А вдруг она из знатного рода?