Комедии полностью

Ах! Полночь языком своим железным

Двенадцать отсчитала. Спать скорее!

Влюбленные, настал волшебный час.

Боюсь, что утром так же мы проспим,

Как незаметно за ночь засиделись.

Нам пьеса сократила ночи ход.

В постель, друзья, — еще нам две недели

Ночных забав и новых развлечений.

Уходят.

Там же.

Появляется Пэк.

Пэк

Вот голодный лев рычит,

И на месяц воет волк.

Утомленный пахарь спит.

Труд окончен, шум замолк.

Гаснут рдяные дрова,

В темноте кричит сова,

И больному крик тот злобный

Предвещает холм надгробный.

Час настал, чтоб на погосте

Разверзалась пасть гробов.

Возле церкви всюду гости —

Бродят тени мертвецов.

Мы ж Гекате вслед летим,

И, как сны во тьме, мы таем;

Но пока везде чудим,

Дом счастливый облетаем.

Не мешай ничто покою,

Даже мышь не смей скрести.

Послан я вперед с метлою

Сор за двери весь смести.

Появляются Титания и Оберон со свитой.

Оберон

Осветите спящий дом

Сонным мертвенным огнем.

Каждый эльф и крошка-фея,

Легче птичек всюду рея,

Вторьте песенке моей

И пляшите веселей!

Титания

Прежде песню разучите,

Нота в ноту щебечите;

Легким роем все потом

Осветим мы с пеньем дом.

Поют и танцуют.

Оберон

До зари по всем углам

Разлетитесь здесь и там.

Я же царственное ложе

Прежде всех благословлю;

Остальных влюбленных тоже

Светлым счастьем наделю.

В дар прекрасным новобрачным

Верность чувств мы принесем.

Пусть счастливым и удачным

Будет их союз во всем.

Я породы благородство

Навсегда их детям дам.

Не коснется их уродство,

Знак, пятно, рубец иль шрам —

Все природы поврежденья,

Что бывают от рожденья;

Вы росою полевою

Окропите мирный кров:

Будь над царственной четою

Счастье, мир во век веков!

Отправляйтесь, разлетайтесь,

На заре ко мне являйтесь.

Оберон, Титания и свита уходят.

Пэк

Коль я не смог вас позабавить,[164]

Легко вам будет все исправить:

Представьте, будто вы заснули

И перед вами сны мелькнули.

И вот, плохому представленью,

Как бы пустому сновиденью,

Вы окажите снисхожденье.

Мы будем благодарны ввек.

Притом клянусь, как честный Пэк,

Что если мы вам угодили

И злобных змей не разбудили,

То лучше все пойдет потом.

Давайте руку мне на том.

Коль мы расстанемся друзьями,

В долгу не буду перед вами.

(Исчезает.)

Сэр Джон Фальстаф.

Фэнтон, молодой джентльмен.

Шеллоу[165], мировой судья.

Слендер[166], племянник судьи Шеллоу.

Форд, Пэйдж – виндзорские жители.

Уильям Пэйдж, сын Пэйджа.

Сэр Хьюго Эванс, священник, уроженец Уэльса.

Доктор Каюс, врач, француз.

Хозяин таверны «Подвязка».

Бардольф, Пистоль, Ним – спутники Фальстафа.

Робин, паж Фальстафа.

Симпль[167], слуга Слендера.

Рэгби, слуга доктора Каюса.

Миссис Форд.

Миссис Пэйдж.

Мисс Анна Пэйдж, ее дочь.

Миссис Квикли[168], служанка доктора Каюса.[169]

Слуги Пэйджа, Форда и других.

Место действия – Виндзор и его окрестности.

Виндзор. Перед домом Пэйджа. Входят судья Шеллоу, Слендер и сэр Хьюго Эванс

Шеллоу

И не просите меня, сэр[170] Хьюго: я подам жалобу в Звездную Палату[171]! Будь он хоть двадцать раз сэром Джоном Фальстафом, ему не удастся безнаказанно оскорблять Роберта Шеллоу, эсквайра.

Слендер

В графстве Глостерском – мирового судью и coram[172].

Шеллоу

Да, кузен Слендер, и – cust-alorum[173].

Слендер

И сверх того, еще ratulorum[174], потомственного дворянина, ваше преподобие, который подписывается «armigero»[175]; на каждом приказе, предписании, расписке или обязательстве – «armigero».

Шеллоу

Да, подписываюсь и подписывался день в день вот уже триста лет.

Слендер

Все потомки, скончавшиеся прежде него, поступали так, и все его предки, которые народятся после него, будут поступать точно так же. Они носили и будут носить на своей рыцарской мантии двенадцать белых ковшей[176].

Шеллоу

Это – старая мантия.

Эванс

Двенадцать белых вшей очень идут к старой мантии. Это – тварь, привычная человеку, и обозначает она любовь.

Шеллоу

Из ковшей пьют воду, а для вшей вода не нужна.

Слендер

Могу ли я, дядюшка, взять и себе четверть этой мантии?

Шеллоу

Можешь, сочетавшись браком.

Эванс

(Шеллоу)

Он и взаправду превратит ее в брак, если это случится!

Шеллоу

Нисколько!

Эванс

Непременно! Если он возьмет четверть вашей мантии, по моему простому расчету, у вас останется всего три четверти. Но это все равно. Если сэр Джон Фальстаф неприлично поступил с вами, то я как служитель церкви за удовольствие сочту приложить усилия к тому, дабы учинить между вами соглашение и взаимное расположение.

Шеллоу

Государственный Совет узнает об этом. Это бунт.

Эванс