Кавалер. Что там у вас?
Мирандолина
Кавалер. Полотняное?
Мирандолина. Да, синьор. Десять паоли за аршин. Посмотрите вот.
Кавалер. Я не просил так много. С меня было бы довольно, если бы вы мне дали что-нибудь получше прежнего.
Мирандолина. Это белье я сделала для лиц особо достойных, для тех, кто знает в белье толк. И, правду сказать, ваша милость, я даю его потому, что это — вы. Другому не дала бы ни за что.
Кавалер. «Потому — что это вы!» Избитая любезность!
Мирандолина. Обратите внимание на столовое белье.
Кавалер. А, это фламандское полотно. После стирки оно уже совсем не то. Нет нужды, чтобы оно грязнилось из-за меня.
Мирандолина. Я не обращаю внимания на такие пустяки, когда это для столь достойного кавалера. Таких салфеток у меня много, и я всегда буду подавать их вашей милости.
Кавалер
Мирандолина
Кавалер. Отдайте белье моему лакею или положите его там где-нибудь и, пожалуйста, не затрудняйтесь сами.
Мирандолина. Никакого нет труда служить кавалеру, обладающему такими высокими достоинствами.
Кавалер. Хорошо, хорошо. Больше ничего не нужно.
Мирандолина. Я положу его в комод.
Кавалер
Мирандолина
Кавалер
Мирандолина
Кавалер. Что будет, то и съем.
Мирандолина. Мне бы хотелось знать, что вы любите. Есть же у вас излюбленные блюда, — скажите откровенно.
Кавалер. Когда мне захочется, я скажу лакею.
Мирандолина. Мужчины тут не годятся. У них нехватает ни внимания, ни терпения. Не то, что мы, женщины. Если вы пожелаете какого-нибудь соуса или рагу, благоволите сказать мне.
Кавалер. Благодарю, но и этими штучками вам не сделать со мной того, что вы сделали с графом и маркизом.
Мирандолина. А? Что вы скажете про этих двух синьоров? Слабые люди! Являются в гостиницу, нанимают комнату, а потом пытаются завести шуры-муры с хозяйкою. Но у нас голова занята другим, нам некогда обращать внимание на их подходцы! Мы стараемся о своей пользе. Если мы разговариваем с ними ласково, то только чтобы удержать их у себя. А я особенно: когда вижу, что они на что-то надеются, я хохочу как сумасшедшая.
Кавалер. Отлично! Мне нравится ваша искренность.
Мирандолина. У меня только и есть хорошего, что искренность.
Кавалер. Однако с теми, кто за вами ухаживает, вы умеете притворяться.
Мирандолина. Притворяться? Боже избави! Спросите-ка у тех двух синьоров, которые прикидываются, что без ума от меня: показала ли я им хоть разочек что-нибудь похожее на расположение? Шутила с ними так, чтобы дать им какую-нибудь надежду? Я их мучаю, потому что это в моих интересах, да и то только-только. Видеть не могу мужчин, распускающих слюни! Зато не терплю и женщин, бегающих за мужчинами. Видите ли — я не девочка; накопила годочков. Не говорю, что я красивая, но у меня были отличные оказии; а все-таки замуж я не пошла, потому что выше всего ставлю свою свободу.
Кавалер. О, да! Свобода — великое сокровище!
Мирандолина. А сколько людей так глупо ее теряют!
Кавалер. Ну, я не таковский. Без дураков!
Мирандолина. Вы женаты, ваше сиятельство?
Кавалер. Я? Упаси бог! Обойдусь без баб!
Мирандолина. Очень хорошо, оставайтесь таким всегда. Женщины, синьор… Ну, да ладно! Мне не пристало говорить о них плохо.
Кавалер. Знаете, вы первая женщина, от которой я слышу такие речи.
Мирандолина. Я скажу вам: мы, хозяйки, у себя в гостиницах видим и слышим много всего. И, правда, я жалею людей, которые боятся нашей сестры.
Кавалер
Мирандолина. С вашего разрешения.
Кавалер. Торопитесь уходить?
Мирандолина. Мне не хочется быть вам в тягость.
Кавалер. Да нет, мне с вами приятно. Вы развлекаете меня.
Мирандолина. Вот видите? Так я и с другими. Провожу с ними несколько минут. Я ведь веселая. Наговорю им всяких глупостей, чтобы немного их позабавить. А они ни с того ни с сего начинают думать… Понимаете? И давай за мной волочиться.
Кавалер. Это потому, что у вас приятное обращение.
Мирандолина
Кавалер. Так, говорите, влюбляются?