Тезаурус: Кому суждено быть повешену, тот не утонет. Любишь кататься, люби и саночки возить. Бедняк ест, когда есть, богач -- когда захочет. А у нас, слава богу, всего понемногу. Где много колоколен, весь день трезвонят. Горе прогонит, радость догонит. Так радуйтесь люди, как нищий грошу. Конец -- всему делу венец.
И так -- все три действия и несчетное количество сцен. Два фрагмента дают лишь бледное представление об этом драматическом чудовище, но они достаточно наглядный пример гимнастики для мозгов, которую автор, беспощадный к себе и к публике увековечил в том драгоценном продукте культуры, который называется книгой. Редко встретишь более глупый образчик усилий, затраченных на создание столь совершенной бессмыслицы. Предыдущая глава | Содержание | Следующая глава
МЕМУАРЫ СОБАКИ
* МЕМУАРЫ СОБАКИ
Книготорговец едва ли сможет разобраться в море мемуарной литературы, в воспоминаниях подлинных и мнимых величин, столь много подобных книг наводняло книжные рынки во все времена и во всех странах. Библиография их составила бы несчетное множество томов, которые с течением времени пришлось бы дополнять столь же несметными новыми томами. Но дойди эта библиография хоть до ста тысяч, одной книги в ней все же будет не хватать. Потому что автор ее не человек, а собака. В начале 1914 года немецкая пресса полна была известий об удивительных способностях собаки по имени Рольф. Но события первой мировой войны вытеснили эту сенсацию со страниц газет, и слава Рольфа канула в Лету. А ведь речь шла ни много ни мало о собаке, обладающей человеческим разумом, чувствами и способностью сообщать свои мысли и чувства на человеческом языке, пользуясь человеческой логикой! Мемуары Рольфа были и на книжных витринах: "Erinnerungen und Briefe meines Hundes Rolf. Von Paula Moekel" (Паула Мекель. Воспоминания и письма моей собаки Рольфа). Сразу же хочу предупредить, что книга эта не апрельская или какая другая шутка, а литературный памятник, увековечивающий события, которые считаются истинными. О шутке не может быть и речи хотя бы потому, что книга вышла после смерти дамы, ее написавшей, и под собственноручной редакцией мужа этой дамы. Как пишет в предисловии овдовевший господин, покойная собрала и упорядочила материал уже на краю могилы, напрягая последние силы, после чего жизнь в ней угасла, и 25 ноября 1915 года она отошла в лучший мир. И скорбящий супруг хотел бы, чтобы эта книга была достойным памятником усопшей спутнице его жизни. Мнения газет разделились. Многие говорили о шарлатанстве и мистификации, другие ломали копья за то, что никакой мистификации здесь нет и быть не может. И не только потому, что маннгеймовская семья Мекелей испокон веков пользовалась неизменным почетом и безупречной репутацией, но и потому, что строжайший контроль на всех этапах развития собаки совершенно исключал возможность обмана. Крупнейшим защитником серьезности дела Рольфа было берлинское Gesellschaft fur Tierpsychologie (Общество зоопсихологии). Помимо ученых, в ряды сторонников человеческих способностей Рольфа влился целый отряд известных писателей. Эрих Шлайкер заключает свои рассуждения тем, что пока на Германию идут войной невежественные и безграмотные нации, в Маннгейме немецкие собаки начали читать и писать... А в "Neues Wiener Journal" (Новый Венский Журнал) Карл Ханс Штробл пишет: "Мимо документальных свидетельств не пройдешь. Рольфу ведомы любовь и дружба, ревность и ненависть, высокомерие, эгоизм, тщеславие, упрямство, нежность, спесь. Ничто человеческое ему не чуждо. Иногда он даже бастует, когда у него нет желания работать. И всю свою внутреннюю, духовную жизнь, все свои мелкие и крупные впечатления он способен оригинально, продуманно рассказать, и не только отвечая на вопросы, но и сам по себе, побуждаемый жаждой общения. Предвижу возражения: самовнушение, мол, самообман, провокация собаки знаками, пусть даже бессознательная. В случае Рольфа все это исключено. Во время экспериментов вели подробный протокол. Завизированные экземпляры протокола хранятся у издателя книги и могут быть показаны кому угодно. Места для сомнений быть не может". Заговорила и оккультистская литература. Мемуары Рольфа и прочие его заявления призваны были ею безоговорочно. И за объяснениями далеко ходить не надо: в собаке воплотился дух какого-то человека...
УЧЕНИЧЕСКИЕ ГОДЫ РОЛЬФА
