При отъезде в Москву Алексей предполагал, что сразу возьмется за оружейной прогрессорство, буквально спал и видел, как в армию чередой пойдут новшества, но, к своему дикому разочарованию, все мечты сразу разбились о суровую действительность. А после того, как слушателей школы свозили на военное производство на экскурсию, стало ясно, что с кондачка эту вершину не взять. Да, промышленность в молодой стране находилась даже не в зачаточном состоянии — в этом Лекса убедился сам. Ни станков, ни специалистов, ни материалов, вообще ничего, а брак, к примеру, при производстве стволов, доходил до шестидесяти процентов. Но, зато, учеба в школе дала возможность заниматься военной наукой — личные работы курсантов не только приветствовались, но и поощрялись. Чем Алексей с радостью и занялся. Первую свою статью «Основы тактики малых штурмовых групп», он написал за месяц, а все специальные дополнения к ней осилил еще за два. Вытянул только на морально-волевых качествах, учеба в школе занимала все время, писать приходилось по ночам, но, к счастью, тогдашний начальник школы, бывший генерал-лейтенант Русской Императорской армии Филатов Николай Михайлович и начальник кафедры общей методики, тоже бывший царский генерал Триковский Николай Семенович, поддержали Лексу, загорелись идеей и сильно помогли своими академическими знаниями. Дальше работа была представлена на рассмотрение в научно-методическую комиссию Военной академии, где, благодаря связям преподавателей, ее оперативно изучили, после чего труд Лексы рассмотрел Реввоенсовет Республики и своим приказом ввел дисциплину в программу обучения всех военных заведений страны. Здесь сработали не только связи, а тот момент, что труд был уже апробирован в боевых условиях. И успешно апробирован. Да и личность автора работы, героя Туркестанского фронта и самого молодого в стране дважды кавалера ордена Красного знамени, тоже сыграла свою роль.
Все получилось на удивление быстро, даже по современным меркам.
Ну а сам командир эскадрона Алексей Алексеевич Турчин, нежданно-негаданно, в одночасье стал внештатным преподавателем кафедры тактики школы и начал вести ряд специальных дисциплин. Причем, без отрыва от личного обучения. Работы свалилось просто непочатый край, приходилось помимо преподавания и учебы работать над методической программой преподаваемых предметов и проводить обучающие семинары, на которые съезжались преподаватели из других учебных заведений. А еще гребаные митинги и прочие общественные мероприятия, на которые Лексу, так и норовили затащить.
— Воистину, инициатива сношает самого инициатора… — тоскливо пробормотал Лекса, еще раз глянул на часы и побрел в методический кабинет, где обустроил себе рабочее место. До поезда в Москву оставалось еще два часа и это время он собирался потратить опять на работу. Другого выхода просто не оставалось.
Сразу после первой удачи Алексей по инерции с пылом снова взялся за прогрессорство в области военной тактики, начал писать следующие работы: по батальонно-тактическим группам, конно-механизированным соединениям, о роли опорных пунктов в мобильной обороне и еще по целому ряду других тем. Словом, попытался передать весь свой немалый опыт современной войны.
Но, увы, сразу начал банально зашиваться — времени не хватало ни на что. Ни на отдых, ни на учебу, ни, в первую очередь, на семью. Бывший царский генерал Слащев, а ныне тоже преподаватель школы, заинтересовался Лешкиными работами, взялся помогать, но на практике, вся его помощь, по большей части, выражалась в откровенных издевках. Характер у Слащева оказался на удивление вздорный и мерзкий.
— Напиться, что ли? — горько усмехнулся Лешка. — Вот же напасть. На войне было легче. Ну да ладно, небось не сдохну…
Погоревал немного и принялся проверять конспекты, не забывая отмечать в своем блокнотике нерадивых курсантов. Как преподаватель, Лешка получился весьма вредным и придирчивым, за что уже успел удостоиться от курсантов прозвища Вредный Турок, хотя, в целом, со всеми вполне ладил.
Потянулось время, Лешка втянулся в работу и фоном размышлял над своей судьбой.
