Иван в тот день проспал на работу и оттого, едва открыв глаза, он взлетел с койки так, будто она горела огнем, и, замедли он хоть на секунду, непременно бы сгорел в ней заживо. Так могло показаться стороннему наблюдателю. На самом же деле не увольнения он боялся, — кто ж его уволит, когда не так-то много желающих работать на его месте? — а того, что за опоздание полагался штраф, составлявший примерно семьдесят процентов от его дневного заработка. Метнувшись пулей по маршруту: туалет — ванная — кухня он, спустя десять минут выбежал на лестничную площадку. Проклятый лифт не работал, и Иван, подобно горному козлу, поскакал по лестнице, перепрыгивая разом через несколько ступенек.
Как ни старался Иван, как ни ускорялся, обегая прохожих, которые в то утро были все какие-то снулые, он не успел на «свой» автобус. Когда Иван все-таки добрался до метро, было понятно, что на работу он безнадежно опоздал…
… На целых сорок минут! Иван прошмыгнул мимо охранника в момент, когда тот отвернулся, и через две минуты уже находился на рабочем месте в салатном жилете с логотипом торговой сети на спине и бейджиком на груди. Он работал менеджером (как в последнее время стало принято называть продавцов-консультантов) в магазине бытовой техники уже второй год.
— Снова опаздываем? — подошла изрядно прожаренная в солярии блондинка с длинными ногтями и в белоснежной блузке на высокой, упругой груди которой возлежала аккуратная табличка с надписью «Анна» и, чуть ниже, «администратор». — Что на этот раз, пробка в метро?
— Нет, автобус долго ехал, — скомкано ответил Иван.
— Нужно раньше выходить, чтобы не опаздывать, — заметила блондинка деловым тоном. — Делаю Вам замечание, Иван. — Она развернулась, и исполненная чувства собственного достоинства направилась в сторону кассы.
— Сучка крашеная… — еле слышно сквозь зубы процедил Иван.
В длинном ряду тонких широкоэкранных телевизоров очередная «говорящая голова» что-то умничала по поводу кометы. Иван, к которому в это утро клиенты не спешили выстраиваться в очередь (в магазине как и на улицах было тревожное затишье) побрел в ту сторону, где на четырех экранах в самом конце ряда шла трансляция какого-то ток-шоу.
«… мнение, что эта комета намного старше нашей Земли», — мужичок с козлиной бородкой, похожий на Троцкого, сидел на диване в студии и вещал домохозяйкам о загадках астрономии.
«То есть, Вы считаете, что эта комета может принести на Землю формы жизни более древние, чем наша планета?» — спросила ведущая, делая умное лицо. А Иван подумал: —
«Я этого, конечно, не утверждаю…, — смутился мужичок, — но есть предположение, что более девяноста процентов наблюдаемых комет из облака Оорта имеют внесолнечное происхождение, и, возможно, они содержат элементы, не встречающиеся ни на Земле, ни на других планетах нашей солнечной системы… Это гипотетическое предположение»
Видимо, поняв, что мужичок не собирается говорить об инопланетянах, пытающихся захватить Землю, ведущая прервала его: «Напоминаю нашим телезрителям, что вы смотрите ток-шоу «Утро у телевизора». В нашей студии с вами академик, метафизик (при этом «метафизик» чуть было не поперхнулся от возмущения) Михаил Григорьевич Зюзин и я, Светлана Амлетова. Уже через пять минут с нами своим мнением о комете поделятся актриса Надежда Неплюева и протоиерей отец Ананий, а сейчас — реклама на нашем канале…»
— Здорова, чувак! — толстый консультант Вася из отдела холодильников подкрался незаметно.
— Здоров, Вася! — Иван помял пухлую руку.
— Что там про комету говорят? К нам летят из космоса зеленые чуваки?
