- Можешь звать меня Терри. Это сокращенное от "Терезы"... Впрочем, это неважно, пошли.
Следуя за желтоволосой, они вскоре оказались в вестибюле, миновали посты дежурных, где за дверями заходились криком растревоженные младенцы. Но в вестибюле их плач был уже почти не слышен: его заглушали ритмичные удары тарана. Казалось, здание превратилось в огромный барабан. Изнутри дверь была завалена мебелью, но при каждом ударе та или иная деталь самодельной баррикады падала на пол.
В вестибюле собрались врачи - мертвенно-бледные, но никто не паниковал. Здесь же находились и няни. Нельзя сказать, что они выглядели лучше, но держались не менее стойко. Все как один были вооружены, каждый на свой лад. Острые, опасные на вид хирургические инструменты сверкали в плотно сжатых кулаках, грубые палицы из ножек столов странно смотрелись в руках тех, чьей самой грубой работой была смена пеленок.
- Ираклион! - крикнула Терри, стараясь перекрыть шум ударов. Ираклион!
Высокий доктор обернулся к ней.
- Что ты здесь делаешь, Терри? По-моему, я ясно сказал всем женщинам, держаться подальше от опасных мест!
Тут он заметил Брасида и Мэгги.
- А это еще кто? Что происходит?
Он шагнул вперед, угрожающе сжимая скальпель.
- Лейтенант Брасид. Служба безопасности.
- Вы больше похожи на илота, - проворчал кто-то из врачей. - Убить ублюдка!
- Подождите. Брасид? Да, возможно...
- Да, да, это он! - один из нянь подбежал к Ираклиону и замер в смущении: - Да, конечно. Это Брасид!
- Спасибо, Ахрон. Тебе лучше знать. Но кто вы, мадам?
- Доктор Маргарет Лэзенби, с корабля "Искатель".
Ираклион пристально разглядывал оружие, висевшее у нее на поясе. Потом на его лице появилась надежда:
- Вы пришли, чтобы спасти нас?
- Скажем так, меня уговорили.
- Я знал, что ты придешь, - проговорил Ахрон, подходя к Брасиду. - Я знал.
Мэгги насмешливо покосилась на них, и Брасиду стало неловко. Он поспешил сменить тему.
- Что происходит, доктор Ираклион?
- Вы спрашиваете меня, молодой человек? Вы - офицер службы безопасности, правая рука капитана Диомеда, насколько я слышал! Это я должен спросить, что происходит!
Брасид обвел взглядом вестибюль, кучку защитников с их самодельным оружием...
- Я знаю только одно, - произнес он. - Здесь будет бойня, причем истреблять будут нас. Эта дверь долго не выдержит. Здесь есть путь для отступления?
- Отступления? - воскликнул Ираклион. - Перед бандой гоплитов и илотов?
- Они - эти гоплиты - вооружены, сэр. И умеют пользоваться оружием.
- У вас с доктором Лэзенби тоже есть оружие. Настоящее оружие.
- Возможно, - спокойно отозвалась Мэгги. - Но по определенному стечению обстоятельств моя специальность - этология. И я изучала законы поведения толпы. Против такого противника лучшее оружие - автомат. Ручной пистолет, даже самый лучший, только разозлит их.
- А комната, где стоит Машина рождений? - предложил кто-то. - Я слышал, что ее дверь выдержит даже взрыв бомбы.
- Невозможно! - резко произнес Ираклион. - Вы хотите сказать, что мы стерильны? Очистка кожи и одежды займет слишком много времени.
- От Машины рождений будет мало толку, если некому будет ее обслуживать, - заметил Брасид.
Ираклион задумался. Пока он стоял, погруженный в свои мысли, с вершины баррикады с грохотом рухнул массивный стол. Три няни, пыхтя от напряжения, попытались водрузить его обратно, но уронили еще один стол, поменьше размером, а также два стула.
- Хорошо, - внезапно произнес Ираклион. - Будь по вашему. Терри, беги вниз, собери остальных женщин и веди их в комнату рождений. Доктор Гермес, ведите туда этих людей.
- А как же дети? - Ахрон в волнении схватил рукав Ираклиона.
- Хм... да. Полагаю, кому-то придется остаться на посту, по одному человеку на каждом.
- Но, доктор, - перебил его Брасид. - Это лишнее. Скоты, которые ломятся сюда, ненавидят нянь не меньше, чем вас. Для гоплитов они - всего лишь илоты, которые живут в лучших условиях, чем они сами. Для илотов привилегированные члены их собственной касты. Те няни, что находились на вилле, в клубе... их всех убили. Я сам видел, как это случилось.
- Но дети... - голос Ахрона звучал как стон.
- Им ничего не угрожает. Разве что останутся на время без пищи и в мокрых пеленках. Но их никто не станет убивать.
- Если уж дойдет до этого, - заметила Мэгги, - мы позаботимся, чтобы их защитить.
Очередной удар сотряс баррикаду, почти заглушив плач младенцев. Мэгги вздрогнула.
- Я искренне надеюсь, что это не потребуется.
