На одном дыхании Граймс взлетел по лестнице - подъемники в осевой шахте на "серпентах" не устанавливались. Он даже не зашел в собственную каюту капитан курьера способен оказаться в любой точке Галактики в мгновение ока. В рубке обнаружились мичман фон Танненбаум (белокурая бестия) и лейтенант Словотный (просто радист). Граймс едва успел занять свое кресло, как в люке показалась пухлая физиономия Бидля.
- Я спросил мистера Альберто, хочет ли он прийти в рубку, капитан...
- Так он придет, Первый? - Граймс демонстративно взглянул на переборку, где висели часы.
- Нет, капитан. Он сказал...
- Тогда хватит об этом. Пора на взлет.
- Он сказал: "Пусть ваши люди делают свое дело, а я делаю свое".
Граймс пожал плечами. Капитану курьера положено знать, как следует принимать важных пассажиров, если они появлялись. Некоторых из них - очень немногих - он предпочел бы больше никогда не видеть, да и меньше тоже.
- Мистер Альберто и мистер Дин готовы к взлету? - спросил он.
- Да, капитан. Правда, наш Призрак в печали и сомневается, что антишоковая система усилителя в порядке.
- Он вечно во всем сомневается. Разрешение на взлет, радист.
- Разрешение на взлет, капитан. - Маленький жилистый радист склонился к микрофону: - Миссия 7DKY - Башне. Просим разрешение на взлет.
- Башня - миссии 7DKY. Есть разрешение. Бон вояж.
- Спасибо, - пробормотал Граймс. Он быстро оглядел рубку: офицеры на местах и уже пристегнулись, лампочки на сигнальной панели горят зеленым.
- Ну, поехали... - прошептал он, смакуя древнее выражение.
Он нажал кнопки - и корабль "поехал".
Это был обычный старт курьера. Инерционный двигатель развил максимальное ускорение за микросекунды. Потом на радаре появилась отметка минимальной безопасной высоты, и Граймс подключил вспомогательные реактивные двигатели. Корабль строился с расчетом на перегрузки, которые считались опасными на больших судах. Экипаж подбирался соответствующий - и это было тоже поводом для гордости. Интересно, как там пассажир - единственный сторонний человек на корабле? Граймс усмехнулся - только мысленно. Ускорение буквально расплющивало его по спинке кресла. Коммодор Дамиен говорил, что мистер Альберто - крепкий орешек. Ну что же, пусть получит все причитающиеся G и насладится.
Корабль прорвал клочья перистых облаков. Вокруг было темнеющее фиолетовое небо и в нем - яркие немигающие звезды. Вот остались позади верхние слои атмосферы, потом стрелки приборов дернулись - корабль проходил сквозь пояс излучения ван Аллена. Оставалось только совершить прыжок. Заглушив инерционный и реактивный двигатели, Граймс развернул судно на направляющих гироскопах. Теперь острие "веретена" было нацелено на звезду Донкастера - она блестела точно в центре паутины линий, затянувшей экран. Фон Танненбаум, исполняющий обязанности навигатора, ввел поправку на движение Галактики: корабль должен лететь туда, где звезда находится сейчас, а не туда, где она находилась семьдесят три года назад.
Снова заработал инерционный двигатель. Одновременно с ним ожили прецессирующие гироскопы Манншенновского Движителя. Обычное краткое головокружение, вызванное полем темпоральной прецессии, предметы окрасились всеми цветами радуги, а четкие яркие звезды за иллюминаторами превратились в мерцающие спирали. Граймс еще пару минут посидел в кресле. Все шло как по маслу, и он был доволен. Потом медленно и осторожно вытащил свою потертую трубку, проигнорировав возмущенный взгляд Бидля, который, за отсутствием биохимика, отвечал за систему регенерации воздуха.
- Первый, установите часы на время Глубокого космоса, - произнес он, выпустив облако пахучего дыма. - И пусть мистер Дин свяжется с базой Линдисфарна. Мы легли на курс и идем к Донкастеру.
- Расчетное время подхода, капитан? - спросил Бидль.
Граймс вытащил запечатанный конверт из кармана на ручке кресла и рассмотрел его. Он ожидал увидеть "Только для ваших глаз. Сжечь перед прочтением".
- Пролистаю эту макулатуру и скажу, - пообещал он. В конце концов, даже на маленьком корабле общение не должно становиться слишком неформальным. Граймс выбрался из кресла и отправился к себе в каюту, чтобы ознакомиться с приказом.
В приказе не содержалось почти ничего нового. Направление указано, прочее - на усмотрение капитана. Единственное - они обязаны прибыть на Донкастер не позже двадцать третьего апреля по местному времяисчислению... Кстати, как Донкастерский календарь соотносится с Линдисфарнским? Сейчас на вахте Бестия... Граймс связался с рубкой по интеркому и задал интересующий вопрос. Компьютер Танненбаума должен выдать ответ через несколько секунд и с точностью до четырнадцати знаков после запятой. Как раз то, что нужно, чтобы рассчитать необходимую скорость.
- Двадцать третье апреля на Донкастере соответствует восьмому ноября на Линдисфарне, капитан. - отозвался фон Танненбаум. - Могу сказать точнее...
