Все острее чувствовалось, что ему чего-то не хватает. Такое ощущение нередко возникало, когда он в качестве гостя посещал клуб Ахрона. В свое время Брасид думал, что смысл жизни - в надежной дружбе, сытной еде и крепком, терпком вине. Теперь он пресытился и тем, и другим, и третьим - но чувство неудовлетворенности не исчезало.
Брасид пожал широкими плечами, расправил край туники - так, чтобы она доходила до середины бедра, как предписано правилами.
- Я прогуляюсь с тобой до яслей, Ахрон. Похоже, мне не слишком хочется так рано возвращаться в казарму. И потом, завтра выходной день.
- О, Брасид, спасибо! Но ты уверен? Обычно ты не уходишь из Клуба, пока в кувшинах не кончится вино.
- Просто сегодня я не хочу больше ни пить, ни танцевать. Идем.
Снаружи стало совсем темно. Ясное небо казалось почти беззвездным, а спутника-луны у Спарты не было. Редкие уличные фонари на тонких столбах, похожих на флейты, светились в темноте, скорее подчеркивая ее глубину, нежели разгоняя мрак, а сверкающие белые колонны на фасадах поглощали больше света, чем отражали. Из темноты доносились резкие звуки - но это были всего лишь мусорщики, занятые своим обычным делом.
А потом над головами раздался гул.
Брасид мгновенно остановился и взял Ахрона за плечо, потом поднял голову и в недоумении уставился наверх. Нечто огромное и темное скользило по ночному небу в направлении мигающего на Акрополе маяка. Цепочку белесых огоньков, опоясывающих этот странный объект, украшали навигационные огни изумрудный и рубиновый.
- Идем! - нетерпеливо воскликнул Ахрон. - Я не хочу опоздать. Это всего лишь ночной почтовик с Элоса. Ты сто раз видел такие корабли.
- Наверное, ты прав, - Брасид шагнул вперед, но тут же остановился. - И все-таки...
- Ты всегда хотел поступить в Воздушный Флот, Брасидус. Но сам же знаешь - ты для этого слишком крупный и тяжелый. Мне жаль, правда, - в голосе Ахрона прозвучало раздражение.
От Брасида не укрылась нарастающая досада компаньона, но он не стал придавать этому значения, а вместо того чтобы поспешить, пробормотал:
- Есть вещи получше, чем служить пилотом. Я часто думаю: почему мы не строим космические корабли после того, как колонизировали Латтерхейвен? Почему мы позволяем латтерхейвенцам удерживать монополию на торговлю между нашими мирами? Мы должны строить свои корабли и действовать самостоятельно.
Ахрон зло рассмеялся:
- И много у тебя шансов стать астронавтом? Для того, чтобы торговать, двух кораблей более чем достаточно. Тем более, что урожай пряностей созреет только через год. И чем ты станешь заниматься от полета до полета?
- Мы могли бы... исследовать.
- Исследовать? - тонкая рука Ахрона описала в воздухе дугу, словно очерчивая контуры небесной сферы. - Исследовать что? Весь мир - это Линза Галактики. Мы прекрасно знаем, что там, за ней, ничего больше нет - лишь бесконечное пространство и разреженный газ.
- Так нам говорят. Но... Я как-то раз случайно разговорился с латтерхейвенскими космонавтами, когда дежурил в порту. Так вот они думают иначе.
- Что с них возьмешь! В любом случае, тебе могло повезти куда меньше. Сейчас ты - солдат, да еще и солдат батальона полиции. И, по правде говоря, я больше верю нашим жрецам, а не кучке атеистов с Латтерхейвена.
Они уже почти дошли до яслей - высокой, широко раскинувшейся пристройки к еще более высокому храму. Окна яслей светились теплым желтым светом. Над главным входом виднелась алая неоновая вывеска с символом Службы государственной опеки за малолетними - красный круг, из которого вверх по диагонали торчит стрела. Брасид в очередной раз задумался, почему символом яслей стал знак Ареса, бога войны. Вероятно, это означает, что военные занимают высшее положение в обществе - положение, к которому дети должны стремиться. Военные - вторые люди после жрецов. Потом он вспомнил еще кое о чем.
- Эти дети, которые похожи на меня... - начал было он.
- Да, Брасид?
- Я... Я думаю... может, зайти с тобой, посмотреть...
- Почему бы и нет? Сейчас, конечно, не час посещений... Правда, сюда и так мало кто приходит... Потом, ты все-таки офицер полиции. Старый Телемах, который сидит при входе, даже не сообразит - решит, что ты на дежурстве.
Телемах, который во время ночного дежурства откровенно скучал, даже обрадовался - хоть какое-то разнообразие. Вообще-то, он знал Брасида, но, тем не менее, потребовал показать идентификационную карточку, а потом поднял сморщенное, как у черепахи, личико и спросил:
- И какова цель вашего визита, сержант? Неужели какой-нибудь преступник нашел убежище в наших священных стенах?
- Ахрон сказал мне, что двое из его подопечных могут быть... моими.
