На палубе появились две гуляющие парочки, но дальше, метрах в пятидесяти, и я не хотел, чтобы они нас заметили и связали с пропажей немцев. Ночь была темная, свет тут погашен, так что не должны заметить, если такие вот идиоты не будут подавать голос.
— Алекс, — очень тихо обратился ко мне Поттер. — Я благодарю тебя за помощь… Но у меня есть одна просьба. Нужно как можно незаметнее доставить меня в мою каюту и позвать нашего врача. Ты его знаешь, это мистер Голден. Мишель Голден.
— А, человек с глазами убийцы. Так он хирург, оказывается, — пробормотал я и кивнул. — Сделаем.
Шарлотта уже закончила, она подсвечивала фонариком со специальным синим фильтром, который нашелся в ее сумочке, и действительно качественно подтерла кровь. Причем работала изобретательно и с огоньком. А чтобы отсвет фонарика не заметили гуляющие, как раз одна парочка начала страстно целоваться, она ложилась на палубу и, закрывая телом работу фонарика, стирала кровь. Так что и в закутке убрала, и пятна крови до лееров подтерла. Да еще пообещала с рассветом тут все осмотреть и убрать, если что было пропущено. Использованные тряпки полетели в воду.
Дальше мы действовали так. Шарлотта и Марек, одежда которых была более-менее в порядке, шли впереди и страховали нас, а я не нес — слишком здоров был Поттер, а волочил его за собой, двигаясь спиной следом за помощниками. Тут другого выхода не было. Дело осложнялось тем, что ужин закончился и многие гуляли после него, давая пище перевариться, три раза чуть не спалились, один раз пришлось ставить Мартина к стене и прикрывать его собой, чтобы прошедшая мимо группа мужчин не заметила кровь на нем и на мне, я к ним спиной был. Но все же мы добрались до нашего коридора. Отперли каюту Мартина, и пока Шарлотта суетилась над ним, я шмыгнул в свою, Марек тоже ушел к себе, по приказу девушки. Шарлотта обеспокоилась насчет четвертого немца, но я ее успокоил, волноваться о нем не стоило. Мой намек она поняла, благодарно кивнула.
Переодевшись, я смыл кровь и, выйдя из санузла, посмотрел на тело немца, решив избавиться от него, когда все уснут. Погладил скулившего Смелого и пробормотал:
— Бедолага, так и бегаешь голодным.
Сняв с полки подзабытую коробку с едой, я вывалил все, что там было, в миску, рядом положил вареную кость, пусть порадуется. После этого я вышел из каюты и быстрым шагом направился в кают-компанию, но врача там не оказалось. Он гулял на носу судна. Шепнув ему на ухо, что Мартин ждет его у себя и требуются его профессиональные умения, я поспешил обратно. Своих дел хватает.
За следующие два часа я обыскал три другие каюты, изрядно пополнил запасы наличности и избавился от всего компрометирующего немцев и меня. Радиостанцию выкинул за борт, оставив в каютах только цивильные вещи, отпечатки тоже подтер, я помнил, где чего касался. Все оружие, а это порядка десяти единиц, наличка, снятая с немцев, мало ли там номера банкнот переписаны, а также свое оружие я спрятал в тайнике. Теперь, если в моей каюте будет обыск, единственно, что найдут, это брюлики и перочинный нож. Но это моя собственность. А тайник я сделал в каюте капитана, он все равно сейчас на мостике, так что даже не подозревал, что я побывал в его апартаментах и сделал три закладки.
От тела тоже избавился: как только закончилось движение по палубам, сперва вытащил его через иллюминатор на шлюпочную палубу, потом спустил на палубу ниже и так же отправил на корм акулам. Одежда моя рабочая, окровавленная, отправилась следом. Даже ту, в которой был сейчас, снял и выбросил в море, только ключ от каюты зажал в зубах. Все, успел, теперь к себе, и мыться. Вернуться мне в каюту труда не составило, хотя я чуть не столкнулся со стюардом, что отвечал за нашу палубу, но счастливо избежал встречи и шмыгнул к себе. Смелый уже спал у койки, так что я быстро принял душ, приготовил одежду на завтра и юркнул под одеяло. День был немного тяжелый, так что засыпал я с чувством хорошо поработавшего человека.
Следующим утром, а встал я в десять часов, пропустив завтрак, Шарлотта застала меня на верхней палубе стоящим у фальшборта, облокотившись локтями о леера с щенком у ног. Мельком обернувшись, я вернулся к наблюдению за морем, спросив в пустоту:
— Как Мартин?
— Ранение серьезное, но до прибытия в Штаты у него все шансы оклематься и встать на ноги, — встав рядом, негромко ответила Шарлотта. — Я хотела поблагодарить. Если бы не ты, нас бы уже не было в живых.
Благодарность мне ее особо была не нужна, поэтому я просто кивнул с отсутствующим видом, продолжая поглядывать на боевой корабль, что шел в паре километров от нас.
— Как вы на шлюпочной палубе оказались?
— Стечение обстоятельств, — вздохнула девушка. — А если точнее, то когда мы направились из кают-компании к себе, то на всех переходах встречали этих… Пока не вышли на палубу. А они уже нас там все трое ждали.
— Понятно, загоняли в удобное место. Классика. Хорошо сработали… Что их интересовало, спрашивать не буду. Догадки есть, но озвучивать их не хочется, да и не мои это проблемы.
