— Как раз насчет этого. Я хотела тебя попросить подстраховать меня до Канады.
— Это сложно сделать, — кивком указал я на корабль. — Да и желания такого нет, уж извини. Я наемник, ты правильно это поняла, однако сейчас в отпуске после ранения и пока не готов вернуться к службе, ближайшие полгода точно не буду готов. Да и потом вряд ли.
— Спасибо, что не стал юлить, а честно все сказал, — кивнула девушка и, посмотрев на корабль, спросила: — Немцы?
— Эсминец под итальянским флагом. Ждут сигнала, которого не будет.
— Остановят нас, как думаешь?
— Не знаю, зависит от приказа, что они получили, но уверен, что у них постоянная связь со штабом, и тот координирует их. Так что как там примут решение, так и будет… Марек — это жирный гусь?
— Пожалуй, да, — после короткой заминки ответила девушка.
— Тогда точно пятьдесят на пятьдесят.
— Кто ты? — прямо спросила она.
— В смысле? — мельком покосившись на нее, спросил я.
— Ты не очень похож на юношу своего возраста, поведение не соответствует. Ты воевал?
— Три года, — нехотя кивнул я. — Наемный отряд спецназначения, специалист по точечным ударам. Диверсант, что гонялся за длинным фунтом.
— Офицер? Командовал ты вчера ночью привычно для себя, а такое требует большой практики.
— Последнее звание обер-лейтенант.
— У немцев служил? — прищурилась девушка.
— Полтора года, — кивнул я. — Сперва батальон специального назначения, потом он был переформирован в полк. Специализировались мы на захвате мостов, разных спецобъектов, включая заводы. Ну, и уничтожали штабы противника. А так я на немцев работал вынужденно. На Восточном фронте службу проходил.
Моя легенда, которую я буквально только что слепил на коленке, нужна была, чтобы снять напряженность между нами. Девушка видела, что я не тот, за кого себя выдаю, и это ее изрядно напрягало, а мне проблем по прибытии не нужно. Проще приоткрыть завесу «тайны» и снять большую часть вопросов, что скопились у Шарлотты. Я уже понял, что она офицер канадской разведки. Ну, или что-то вроде этого, вот и вешал ей лапшу на уши. А чтоб между нами была некоторая отстраненность и легкое недоверие, решил стать офицером «Бранденбурга».
— Как это вынужденно? — заинтересовалась та.
— Тут, наверное, с начала рассказывать нужно… Хм, даже не знаю, с чего начать. Понимаешь, мои родные в Швейцарии погибли от огня, и я остался сиротой, официально я числился за приютом, но меня взял на поруки друг отца. Он был наемником, служил тем, кто платит. Так что он учил меня всему, что знал, и я участвовал с ним в десятке конфликтов, набираясь опыта. Представляешь, в пятнадцать лет я уже имел выслуженное звание сержанта. Потом нашу группу завербовали поляки через британцев, и мы работали против немцев в Польше, сейчас это генерал-губернаторство. За полгода до начала войны с Советами нас вычислили, произошло предательство, и мы попали в плен, друг отца тогда погиб. Я был ранен, не очень серьезно, но все же. Чуть позже мне сделали предложение, от которого я просто не мог отказаться, или меня расстреляют, или я буду работать на немцев. Так и попал в батальон «Бранденбург». Ну, а в начале лета, чувствуя, что немцам осталось недолго, инсценировал свою гибель и вернулся в Швейцарию. Тем более при пересечении границы меня легко ранил немецкий патруль — наткнулся случайно, и я понял, что все, пора сделать паузу. Отдохнуть.
— А почему немцам осталось недолго?
— Потому что я год воевал с Советами и не раз сталкивался с ними лицом к лицу. Это сейчас они еще как толпа дикарей, но с каждым днем набираются опыта, и их уколы становятся все больнее и больнее. Скоро наступит катастрофа, а я не так предан Германии, вернее совсем не предан, чтобы погибать за их идеи. Я как был наемником, так им и остался.
На несколько минут повисла тишина, мы оба продолжили рассматривать красавец эсминец, я обдумывал свое, Шарлотта свое. У меня мысли были только в том, не сказал ли я лишнего, мысленно пробежался по нашей беседе и удовлетворенно кивнул, тоже мысленно. Похоже, информация принята к сведению. Я как открытую книгу читал мысли девушки обо мне. Гражданин Швейцарии волей судьбы стал наемником, причем очень профессиональным, с огромным боевым опытом, но служил немцам, хоть и вынужденно. Значит, на заметку его нужно взять, но в армию поступить не предлагать. Не надежен. Это мне и было нужно. Хоть так отведу от себя часть подозрений. С уничтожением этой четверки я излишне засветился.
— На службу не хочешь поступить? — осторожно спросила Шарлота, изрядно меня удивив. Таким, как я, такое предложение не делают, то есть с такой биографией. Специально ведь выдумал, что у немцев служил.
— Нет, — лениво ответил я.
— Почему?
— Я воюю без перерыва порядка шести лет, отдох нуть хочу. К тому же не люблю начальства у себя над головой. У немцев вот так хватило, — хлопнул я себе по горлу. — Уж лучше на самого себя работать, да спокойно жить. Проще говоря, я решил бросить карьеру наемника и заняться чем-то другим.
— А инструктором?
— Вообще с военщиной любой из стран связываться не хочу. Неинтересно, устал я.
