216 …в постеле лежа Вальтер СкоттаГлазами пробегает он,Но граф душевно развлечен………………………………220 …мыслит он:«Неужто правда я влюблен?Что если можно? Вот забавно!Однако ж это было б славно.»В черновике стиха 221 — «God damn! Неужто я влюблен?» — первые два слова написаны на английском. Это восклицание «Goddam» или «Goddem» регулярно встречается во французских романах и стихах-однодневках XVIII в, при описании англичан. Под «Вальтером Скоттом» в стихе 216 подразумевается французский пересказ одного из его исторических романов серии «Уэверли»,
<p>VI</p>Меж тем Онегина явленьеУ Лариных произвелоНа всех большое впечатленье4 И всех соседей развлекло.Пошла догадка за догадкой.Все стали толковать украдкой,Шутить, судить не без греха,8 Татьяне прочить жениха;Иные даже утверждали,Что свадьба слажена совсем,Но остановлена затем,12 Что модных колец не достали.О свадьбе Ленского давноУ них уж было решено.Вариант13—14 Черновик (2369, л. 51 об.) дает:
Того же мненья был и попИ сам дьячок его Антроп.***Завершив строфой VI гл. 3 черный гроссбух, известный как тетрадь 2369, начатый (гл. 1) в мае 1823 г., Пушкин переходит к другой похожей тетради (2370), которая открывается строфой XXIX гл. 3 (22 мая 1824 г, Одесса) и где целый ряд предшествующих страниц, вероятно, был уничтожен. Согласно Томашевскому (Акад. 1937, с. 309), черновики двадцати двух строф гл. 3 (VII–XXVIII) утрачены, за исключением одного четверостишия строфы IX, бегло записанного в тетради 2369 (л. 50, на котором расположена и начатая с фальстарта строфа Va), и всей строфы XXV (подражание Парни), запечатленной в тетради 2370 (л. 12) после отрывка, включающего письмо Татьяны (со строфы XXIX по строфу XXXV). Временной пробел (май 1824 г.) был отмечен ссорой Пушкина с генерал-губернатором, и можно предположить, что наш поэт уничтожил черновики писем или другие материалы, записанные между VII и XXVIII строфами, черновики которых в результате этого тоже погибли.
<p>VII</p>Татьяна слушала с досадойТакие сплетни; но тайкомС неизъяснимою отрадой4 Невольно думала о том;И в сердце дума заронилась;Пора пришла, она влюбилась.Так в землю падшее зерно8 Весны огнем оживлено.Давно ее воображенье,Сгорая негой и тоской,Алкало пищи роковой;12 Давно сердечное томленьеТеснило ей младую грудь;Душа ждала… кого-нибудь,10Сгорая негой и тоской… — Оба существительных относятся к таинственно-завораживающему романтическому лексикону, столь часто используемому в ЕО и столь труднопереводимому на английский язык. Значение слова «нега» варьируется от «умиротворенности» (фр. mollesse), то есть спокойного наслаждения, состояния «сладостности», через различные оттенки задумчивой влюбленности, douce paresse[446], и нежной чувственности до откровенной сладострастности (фр. volupt'e). Переводчик должен быть очень осторожен, чтобы не переборщить там, где Пушкин балансирует на грани, заставляя свою барышню томиться всеми французскими страстями, как воображаемыми, так и реальными,
«Тоска» — обобщенный термин для определения чувства физической или метафизической неудовлетворенности, томления, тупой боли, саднящего отчаяния, грызущих душу мучений. (См. также коммент. к гл. 3, XIV, 9—10.)
10, 12 Три излюбленных слова Пушкина — «нега», «тоска», «томленье» — собраны здесь воедино.
14Душа ждала… кого-нибудь… — Не особенно удачная строчка, ее предполагаемая циничная легкомысленность звучит плоско и банально. <…>
<p>VIII</p> 