Теперь как сердце в ней забилось,Заныло будто пред бедой.Возможно ль! Что со мной случилось?4 Зачем писала, Боже мой!На мать она взглянуть не смеет,То вся горит, то вся бледнеет,Весь день потупя взор молчит,8 И чуть не плачет и дрожит —Внук няни поздно воротился.Соседа видел он, емуПисьмо вручил он самому.12 И что ж сосед? — верьхом садилсяИ положил письмо в карман —Ах чем-то кончится роман?Прием пересказа чужой речи, столь характерный для европейской литературы XVIII в., использован здесь в трех видах: (1) внутренний монолог Татьяны, (2) ее диалог с маленьким посланцем или няней и (3) авторский (или читательский!) нетерпеливый вопрос.
В той же беловой рукописи дается такой вариант первых пяти строк:
Лишь только Няня удалилась,И сердце будто пред бедойУ бедной девушки забилось;Вскричала Боже! что с<о мной>Встает. На мать взг<лянуть не смеет>…<p>XXXVI</p>Но день протек, и нет ответа.Другой настал: всё нет, как нет.Бледна как тень, с утра одета,4 Татьяна ждет: когда ж ответ?Приехал Ольгин обожатель.«Скажите: где же ваш приятель? —Ему вопрос хозяйки был. —8 Он что-то нас совсем забыл».Татьяна, вспыхнув, задрожала.«Сегодня быть он обещал, —Старушке Ленский отвечал, —12 Да, видно, почта задержала». —Татьяна потупила взор,Как будто слыша злой укор.2…все нет, как нет. — Конкретное отрицание «все нет» (письма) переходит в обобщение «как нет» (словно никакого письма и не было).
3…с утра одета… — Одета для приема гостей, в ожидании Онегина.
8«Он что-то нас совсем забыл». — Тон этого замечания смутно намекает на то, что Онегин бывал у Лариных более одного раза. Однако нам известно, что он заезжал лишь однажды. В будущем, вплоть до восьмой главы, предстоит еще два посещения.
Эти три онегинских визита к Лариным распределяются по времени так: первый — конец июня 1820 г. (читателю следует помнить, что во всех моих комментариях используется старый стиль, за исключением отдельных, особо оговоренных случаев), второй — конец июля, третий — 12 января следующего года. Пушкинская хронология здесь не слишком «реалистична».
12Да, видно, почта задержала. — Имеется в виду, что Онегин задержан полученной корреспонденцией. На какое-то ужасное мгновение Татьяне кажется, что Онегин все еще поглощен изучением ее письма и сочинением длинного ответа.
Естественно, скрытный Онегин не рассказал чистосердечному Ленскому о письме Татьяны, поэтому упоминание Ленским почты совершенно невинно.
<p>XXXVII</p>Смеркалось; на столе, блистая,Шипел вечерний самовар,Китайский чайник нагревая;4 Под ним клубился легкий пар.Разлитый Ольгиной рукою,По чашкам темною струеюУже душистый чай бежал,8 И сливки мальчик подавал;Татьяна пред окном стояла,На стекла хладные дыша,Задумавшись, моя душа,12 Прелестным пальчиком писалаНа отуманенном стеклеЗаветный вензель О да Е.11…моя душа… — Пушкин пользуется лексиконом няни (см. XXXV, 10).
14Заветный вензель О да Е. — Весьма любопытен случай сходства: более раннее появление этой же лелеемой монограммы в «Избирательном сродстве» Гете
(«Die Wahlverwandtschaften», 1809), ч. I, гл. 9, где описывается стакан, на котором видны «…die Buchstaben E und О in sehr zierlicher Verschlingung eingeschnitten: es war eins der Gl"aser, die f"ur Eduarden in seiner Jugend verfertigt worden»[538]. Похоже, самым ранним переводом на французский язык был анонимный «Les Affinit'es 'electives» (Paris, 1810), на самом деле сделанный Раймоном, А. Сери, Годелем, Ж. Л. Манже и Дж. Б. Деппингом.
Вариант8 Этот мальчик в черновике (2370, л. 17 об.) и в беловой рукописи назван «Тришкой».
<p>XXXVIII</p> 