Вот, окружен своей дубравой,Петровский замок. Мрачно онНедавнею гордится славой.4 Напрасно ждал Наполеон,Последним счастьем упоенный,Москвы коленопреклоненнойС ключами старого Кремля;8 Нет, не пошла Москва мояК нему с повинной головою.Не праздник, не приемный дар,Она готовила пожар12 Нетерпеливому герою.Отселе, в думу погружен,Глядел на грозный пламень он.2Петровский замок — Джон Ллойд Стивенc, «Случаи из путешествий по Греции, Турции, России и Польше» (John Lloyd Stephens, «Incidents of Travel in Greece, Turkey, Russia and Poland», 2 vols., New York, 1838, vol. 2, p. 72–73):
«Педроски [sic] — место, милое сердцу всякого русского. … Дворец этот являет собой старинное и необычное, но интересное строение из красного кирпича с зеленым куполом и белыми карнизами… Главный променад проходит… через дубраву с величавыми старыми деревами».
А вот как описывал Петровский парк в 1845 г. Михаил Дмитриев, второстепенный поэт («Московские элегии», M, 1858, с 40–41):
Весело смотрит на них наш Петровской готической замок!Круглые башни, витые трубы, остросводные окна;Белого камня резные столбы, темно красные стены!В темной, густой и широкой зелени сосен старинных,Весел и важен, он дед между внучат младых и веселых!Этот же самый Михаил Дмитриев (1796–1866) был племянником Ивана Дмитриева и пушкинским Зоилом.
4—14 Пожары стали вспыхивать то там, то сям 3/15 сентября 1812 г., когда Наполеон вошел в Москву; 4 сентября он перенес свою резиденцию из горящего Кремля (центр Москвы) в Петровский замок, на западную окраину. На следующий день тучи сгустились. Ночной ливень и дождь 6 сентября затушили бушующее пламя пожаров.
<p>XXXVIII</p>Прощай, свидетель падшей славы,Петровский замок. Ну! не стой,Пошел! Уже столпы заставы4 Белеют; вот уж по ТверскойВозок несется чрез ухабы.Мелькают мимо будки, бабы,Мальчишки, лавки, фонари,8 Дворцы, сады, монастыри,Бухарцы, сани, огороды,Купцы, лачужки, мужики,Бульвары, башни, казаки,12 Аптеки, магазины моды,Балконы, львы на воротахИ стаи галок на крестах.6—14 В этом кумулятивном перечислении образов чуть слышен отголосок сна Татьяны.
9Бухарцы… — Жители Бухары (<…> российская часть Азии, север Афганистана). Они торговали на московских улицах восточными товарами, к примеру самаркандскими коврами и халатами.
13…львы на воротах. — Гипсовые или чугунные львы, окрашенные в рептильно-зеленый цвет и поставленные (обычно парами) на воротах или перед ними в качестве геральдических символов. В зубах они часто держали чугунные кольца внушительных размеров, впрочем чисто декоративные и никакого отношения к открыванию ворот не имевшие.
У Писемского в романе «Тысяча душ» (нечто вроде «Красного и черного» на русский манер и столь же ничтожное по литературным достоинствам) есть забавный пассаж о подобном львином декоре (ч. IV, гл. 5) «Каждый почти день повеса этот и его лакей садились на воротные столбы, поднимали ноги, брали в рот огромные кольца и, делая какие-то гримасы из носу, представляли довольно похоже львов»
Варианты6—14 В отвергнутых черновиках (2368, л. 23) в перечень входят «болваны в париках», «цветные вывески», «колонны», «бабы» и «карлы»
<p>XXXIX</p>Возможно, ложный пропуск, имитирующий прерывание автором потока банальных впечатлений.
<p>XL</p> 