10—11 В черновике (собр. А. Онегина, ПД 156) читаем:
Пустую голову, корсет,Крахмальный галстух и лорнет…И отвергнутый стих 11:
Здесь накрахмаленный педант…LIa1—4 В продолжающем строфу LI наброске (собр. Майкова, ПД 108) читаем:
Как <живо> колкий ГрибоедовВ сатире внуков описалКак описал Ф<он>в<изин> дедов!<Созвал он всю> Москву на бал…<p>LII</p>У ночи много звезд прелестных,Красавиц много на Москве.Но ярче всех подруг небесных4 Луна в воздушной синеве.Но та, которую не смеюТревожить лирою моею,Как величавая луна,8 Средь жен и дев блестит одна.С какою гордостью небеснойЗемли касается она!Как негой грудь ее полна!12 Как томен взор ее чудесный!..Но полно, полно; перестань:Ты заплатил безумству дань.1звезд прелестных… — Некоторые понимают это выражение как «падшие звезды» («прелестница» — падшая женщина, стало быть «падучая звезда» «прелестная звезда»), но тут ощущается натяжка.
1—4звезд… / Луна. — Комментаторы углядели здесь пародию на «Элегию к незабвенной» — чудовищный стишок Михаила Яковлева в воейковских «Новостях литературы» (СПб., 1826, кн. 15, с. 149):
И между юных, милых дев,Как между звезд луна сияла…Или еще раньше, в «Тавриде» (1798) Семена Боброва, что цитирует Бродский в комментарии к ЕО (1950, с. 274).
О миловидная Зарена!Все звезды в севере блестящи,Все дщери севера прекрасны,Но ты одна средь их луна…2…на Москве. — То есть «в Москве». Выражение имеет и второй смысл, ибо его можно понять как «на Москве-реке».
<p>LIII</p>Шум, хохот, беготня, поклоны,Галоп, мазурка, вальс… Меж темМежду двух теток, у колонны,4 Не замечаема никем,Татьяна смотрит и не видит,Волненье света ненавидит;Ей душно здесь… Она мечтой8 Стремится к жизни полевой,В деревню, к бедным поселянам,В уединенный уголок,Где льется светлый ручеек,12 К своим цветам, к своим романамИ в сумрак липовых аллей,Туда, где он являлся ей.14являлся… — На самом деле в тени этих самых вековых лип Татьяна видала его только раз, но, как мы знаем из гл. 3, конец строфы XV и начало XVI, в ее девичьих грезах Евгений являлся ей неоднократно.
Варианты12—13 Отвергнутый черновик (2368, л. 35), стих 12:
В деревню к розам и тюльпанам…Набросок (там же), стих 13:
В прохладу яблочных аллеи…Последний стих довольно мерзко отдает фруктовым садом, а вовсе не усадебным парком, с его липами из отвергнутого черновика и окончательного текста.
<p>LIV</p>Так мысль ее далече бродит:Забыт и свет и шумный бал,А глаз меж тем с нее не сводит4 Какой-то важный генерал.Друг другу тетушки мигнули,И локтем Таню враз толкнули,И каждая шепнула ей:8 «Взгляни налево поскорей». —«Налево? где? что там такое?» —«Ну, что бы ни было, гляди…В той кучке, видишь? впереди,12 Там, где еще в мундирах двое…Вот отошел… вот боком стал…» —«Кто? толстый этот генерал?»12Там, где еще в мундирах двое… — С формальной точки зрения, еще вроде бы говорит нам о том, что кроме толстого генерала там стояли еще двое военных; но у меня впечатление, что это еще является просто идиоматическим усилением указания, дабы привлечь большее внимание к более определенному месту в более ограниченном пространстве.
Вариант14 Черновик (2371, л. 74 об.):
Кто, старый этот генерал?Приятель Онегина, по-видимому, не более чем на десять лет старше его, то есть в 1822 г. ему должно быть лет тридцать семь (см. гл. 8, XVIII, 7 и XXIII, 3–4).
<p>LV</p>