Нюра . Не подпишем бумаги!
Петр ( вытянув фигу ). А вот это видели?
Николай Степанович ( держась за сердце ). А нас, стариков, куда? В дом престарелых? Не выйдет!
Борис ( делает шаг вперед ). Только в том случае соглашусь, если отдельную квартиру в центре дадите! Не меньше, господа покупатели! ( Довольный, потирает руки ).
Люба и Леша ( в один голос ). Двухкомнатную нам, пожалуйста, мы с ребенком!
Оленька ( бросив телефонную трубку, кричит в коридор ). Мама, ну где же ты? Тут квартиры раздают! ( Потом радостно присоединяется к хору голосов ). А нам две отдельные, однокомнатные!
Екатерина Михайловна ( схватившись за голову ). Товарищи! Давайте спокойно все обсудим. Да не кричите же вы так, господи!
Владимир Викторович (
испуганно Екатерине Михайловне ). Где, вы говорите, у вас тут черный ход? (
Убегает со стороны кухни на запасную лестницу ).
Толпа бежит за ним, продолжая выставлять свои требования.
Играет бравурный марш. Все затихает.
Совсем поздний вечер. У стола с телефоном стоит Лера и тихо разговаривает. Лера ( приглушив голос ). Танечка, милая, дело не в квартире. Дело в принципе! Меня никто не спрашивает, хочу ли я переезжать. Мне дают квартиру, не давая выбора: проспект Энтузиастов – и всего хорошего! А хорошего – ничего нет! Вся моя жизнь – это Невский и Владимирский! Ну ты же знаешь, сама на Литейном родилась. Что-что? ( Смеется ). Я и говорю: были мы девчонки – центровые! Ну, да – «сайгоновские музы». Ну, а теперь будем старыми энтузиастками. Тьфу, Господи, гадость какая!
Мимо проходит Борис.
Лера ( прикрывает ладонью трубку ). Добрый вечер, Борис Иванович!
Борис . Добрый, добрый, Валерия Георгиевна! ( Проходит к своему столу ).
Лера ( продолжает разговаривать ). Танюша, ладно, спасибо, что понимаешь и поддерживаешь, а то меня никто не понимает. Даже дочь родная! Прыгает от радости, дурочка, и понятия не имеет, что до института будет полтора часа добираться на общественном транспорте в час пик. Что ты говоришь? ( Опять тихо смеется ). И не говори, родная, на проспект Дураков! Ну все, спокойной ночи, целую. ( Вешает трубку ).
Борис ( с ехидцей ). Неужели вы, Лерочка, действительно не рады, что въезжаете в отдельную квартиру? Неужели не наелись коммунальной «похлебки»?
Лера ( искренно и печально ). Не рада, Борис Иванович. А чему, собственно говоря, радоваться? Отдельной клетке за чертой города?
Борис (
мечтательно ). А я не нарадуюсь. Представляю, как сижу, извините меня за натурализм, в собственном туалете и мне никто не стучит ногами в дверь!
В это время доносится шум и пьяный Петр вваливается на кухню.
