Зайдя в уютный бар, Фредди заказал себе бренди. Взглянув на другие парочки, мило болтавшие, сидя в удобных креслах, он тяжело вздохнул. Именно такого общения ему хотелось, такого же общения с Поузи. Из-за стечения обстоятельств он не мог даже мечтать о такой возможности, однажды ему уже пришлось отказаться от нее, поэтому когда он увидел ее в своей лодке, то на волне эйфории подумал, что судьба, возможно, предоставила им второй шанс.
Конечно, он преждевременно предположил, что ей
Фредди глотнул бренди. После того первого обеда, когда стало совершенно ясно, что она по-прежнему ничего не знает, ему пришлось позорно сбежать. Он слишком расстроился, чтобы остаться и продолжить общение.
– Что же мне делать? – еле слышно пробурчал Фредди.
Он понимал, что долго так продолжаться не может, похоже, ему придется так же, как раньше, просто исчезнуть. Ведь в прошлом его знание могло сломать ей жизнь; вопрос в том, сломает ли оно ее сейчас?
Допив бренди, он подошел к стойке регистрации и взял ключ от своего номера. Он решил, что ему необходимо с кем-то посоветоваться, с кем-то, кто знал Поузи относительно хорошо, но мог рассуждать объективно и разумно.
Фредди вдруг подумал, что знает такого человека.
Поузи смотрела в иллюминатор, самолет взлетал из аэропорта Схипхол. Она провела три чудесных дня, наслаждаясь каждым мгновением. Вечеринка прошла очень весело, и друг Фредди, Джереми, и его очаровательная жена оказались приятными и дружелюбными людьми.
Она поглядела на Фредди, сидевшего рядом с закрытыми глазами.
«Я люблю тебя», – грустно подумала она. В прошедших выходных было единственное удручающее обстоятельство – Фредди вел себя как истинный джентльмен, а ей как раз хотелось, чтобы он хоть раз забыл о приличиях. Явно ощущалось – как это частенько бывало между ними, – что их разделяет какая-то важная тайна.
«Не жадничай, Поузи. Будь благодарна и за дружеское общение с Фредди, не думая о том, чего ему не хватает», – решительно укорила себя Поузи.
Загрузив в багажник их чемоданы, Фредди в полном молчании вел машину в сторону Саффолка, неотрывно глядя на расстилавшуюся впереди дорогу.
– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросила она, заметив его мрачное настроение.
– Извини, Поузи. – Фредди взбодрился и выдал вялую улыбку. – Все нормально. Может, немного устал, только и всего.
Когда они прибыли в Адмирал-хаус, Фредди затащил в дом ее чемодан. Себастиан как раз заваривал чай на кухне.
– Добрый день, путешественники. Как вас встретил Амстердам?
– Чудесно, – откликнулась Поузи. – Извините, но мне нужно, как говорится, попудрить носик.
Когда она вышла из кухни, Себастиан предложил Фредди чашку чая.
– Нет, спасибо, мне пора ехать домой. Но вообще-то, не могли бы мы с вами сходить куда-нибудь выпить? Мне чертовски нужно обсудить с вами нечто важное…
– А теперь, по случаю счастливого восемнадцатилетия, мне хотелось бы сказать несколько слов о моей внучке, Поузи. Могу честно признаться, что не могла бы гордиться ею еще больше. И я уверена, что так же мог бы сказать ее отец… и, разумеется, мать тоже.
Бабушка опустила взгляд на меня, и я увидела, что в ее глазах заблестели слезы.
Я вдруг осознала, что слезы на нашей планете не менее заразительны, чем чума, поскольку даже не заметила, когда именно мои глаза тоже наполнились ими.
– Наряду с успешным поступлением в желанный Кембриджский университет и прекрасной сдачей выпускных школьных экзаменов, мне также хочется отметить, что, несмотря на испытания, пережитые ею с тех пор, как она переехала жить к нам, Поузи никогда не потакала своим слабостям. Все вы знаете, как она всегда улыбалась и находила доброе слово для каждого из нас, охотно помогала нам в критические моменты и умела выслушать, понять и успокоить тех, кто нуждался в этом.
– Понимающими ушами, – радостно подхватила Кэти из толпы, собравшейся вокруг меня в саду, и ее случайный каламбур вызвал общий смех.
– Теперь она вступает во взрослую жизнь, и перед ней откроются новые грандиозные горизонты, так давайте же пожелаем Поузи всего наилучшего! Выпьем за нашу Поузи!
– За Поузи! – хором откликнулись гости, подняв бокалы с шипучим напитком. Я поступила так же, не уверенная, должна ли я сама сейчас поднимать бокал, но мне ужасно хотелось пить. День выдался на редкость жаркий.
После первого тоста многие жители деревни начали поздравлять меня лично, а затем все мы угощались приготовленными Дейзи сэндвичами с вкусной пастой, не давая им зачерстветь в июньскую жару.
