Я тяжело поднимаюсь и смотрю в монитор. Как я и предполагал, она стоит там, в трикотажном топе без рукавов, и машет мне рукой. Белая кожа, каштановые волосы длиной примерно до плеч, нежные полуопущенные веки. Вне всяких сомнений, это та самая девушка с фотографии.
– Открыто, как обычно.
С этими словами я кнопкой открываю подъездную дверь и снова опускаюсь на пол перед низким столиком. В темном экране компьютера, перешедшего в спящий режим, смутно отражается бледное мужское лицо, глядящее в мою сторону. Я и не заметил, как Моги вышел из конференции.
Только сейчас я обращаю внимание, что кондиционер больше не гудит.
На месте казни стоит тишина, расстрельная команда пока не явилась. Наконец входная дверь открывается, и через мгновение слышится звук запираемого замка. Но сегодня я не приветствую ее, как делал это обычно. А просто продолжаю смотреть на свое отражение в экране.
Из коридора доносятся шаги, дверь в комнату открывается.
– Минами – ненастоящее имя, – бросаю я небрежно, глядя прямо в экран. – И то, что твой жених работает в Сендае, – тоже ложь.
– Постой, что произошло?
– Это ладно. Это я мог бы простить… – Я кусаю губы.
Почему я ругаю ее и в чем пытаюсь обличить? Потому что она скрыла, что является невестой Удзихары? Нет, не то. Ведь, с ее точки зрения, говорить об этом было необязательно.
Пожалуй, больше всего меня бесит собственная беспечность. «Остановись! Это первый шаг в ад!» Головой я понимал это, но дал слабину. Из-за своего безрассудного поступка, из-за сиюминутной похоти под угрозой оказалась выстроенная годами мужская дружба. Вот что самое невыносимое и непростительное.
Неправильно винить в этом только ее. Неправильно, и я это понимаю.
– Послушай… – Ее голос умоляюще дрожит.
– Помолчи.
– Послушай же!
– Говорю тебе, помолчи!
Крича, я поворачиваюсь к ней.
А потом…
…лишаюсь дара речи.
– Извините, что побеспокоил…
Она оборачивается, проследив за моим взглядом, и пронзительно вскрикивает.
– Давно не виделись, Кирияма.
Удзихара.
Небольшой рюкзак с грохотом падает на паркет. Хонока отшатывается, и тогда он хватает ее сзади и приставляет к ее горлу острие кухонного ножа.
– Лет пять, наверное?
Я не могу придумать ни одного умного ответа.
Девушку сзади держит ее жених Удзихара, в его руке блестит нож. Итак…
– Как ты вошел?
Она открыла входную дверь и вроде бы сразу ее заперла. Я уверен, что слышал это. Если б Удзихара ворвался в комнату вслед за ней, были бы слышны крики или что-то подобное. Получается, она вошла в подъезд и дошла до квартиры, не заметив присутствия Удзихары? Судя по ее удивлению, именно так и есть. Но главное не это…
Прежде всего – почему он вообще здесь находится?
– А ты и правда повелся.
Вероятно, почувствовав мое замешательство, Удзихара начинает сбивчиво объяснять, при этом поочередно связывая руки и ноги Хоноки кабельной стяжкой.
– Это была ловушка, которую устроили мы с Моги.
– Ловушка?
– Следует объяснить поподробнее…
В завершение он засовывает девушке в рот полотенце в качестве кляпа, после чего небрежно валит ее на паркет.
– Как ты уже знаешь, я заподозрил ее в измене и выяснил истину. А затем…
По номеру телефона в истории звонков он понял, что ее любовник – я.
– Я был в шоке… мягко говоря.
С самоиронией в голосе Удзихара опускает взгляд на пол. Словно почувствовав что-то, лежащая девушка с шумным вздохом прикрывает веки, словно приготовившись.
– Так что я ее убью.
– Что?!
– Тут уж я ничего не могу поделать. Когда меня перевели в другой город, она предупредила: «Если изменишь, убью». А сама втихаря… Что посеешь, то и пожнешь! Правильно я говорю?
– Да, но…
«Ты ведь на самом деле не собираешься ее убивать, правда?» – хочу продолжить я, но захлопываю рот, пронзенный ледяным взглядом, говорящим: «Посмотрите-ка, кто заговорил».
– Встала проблема: как рассматривать тебя?
– В каком смысле «рассматривать»?
О чем это он?
– Мне нужно было решить, что с тобой делать, – тихо произносит Удзихара, опуская глаза. – Поэтому сперва я должен был проверить.
– Что именно?
Услышав это, я мысленно ахаю. Начинаю что-то мямлить, но он, похоже, не собирается меня слушать, поскольку тут же прерывает мое объяснение.
– Как проверить, знал ты или нет? – бормочет Удзихара, снова поднимая на меня глаза.
Его природное озорство исчезло, глаза стали тусклыми, холодными и сухими, как свинец. Кажется, он больше не замечает извивающуюся на полу девушку.
– Даже устрой я вам очную ставку, вы продолжили бы всё отрицать, и я так и не узнал бы правду. Ты ведь у нас непревзойденный мистер Спокойствие и Собранность. Даже когда мы перевернулись на арендованной машине, ты и бровью не повел, верно? Вот я и подумал, что обычный подход тут не сработает. А значит, оставалось лишь одно решение – поместить тебя в экстремальные условия, в которых ты растеряешь свое хваленое самообладание. Тогда-то мне и пришла в голову идея устроить «попойку на удаленке».
