Линч получил все, что хотел, на съемках, но Эдельман чувствовал, что этого недостаточно. «Когда Дэвид монтировал фильм, он попросил меня прийти на студию, чтобы посмотреть на монтаж, и после того, как я ушел, я шел по улице и плакал, – рассказл он. – Я думал, что это катастрофа – никто никогда не увидит этот фильм. Я решил, что нам нужно независимое мнение, позвонил Алену Сарде и пригласил его посмотреть на то, что мы делали. После просмотра он сказал: “Не понимаю, почему вы позвали меня. Это же шедевр”».
Пока Линч занимался постпроизводством, в его жизни появилось кое-что новое: Польша. «Дэвид загорелся интересом к Польше начался, когда в феврале 2000 года появились эти ребята с кинофестиваля «Camerimage», который стал главным польским кинофестивалем, – рассказала Суини. – Они появились группой – их было шесть или семь человек, и они казались дикими и сумасшедшими парнями, что зацепило Дэвида. Они хотели, чтобы он поприсутствовал на их фестивале и продолжали его умолять, пока он не согласится».
Основанный Мареком Жидовичем в Торуне в 1993 году, Международный кинофестиваль искусства кинематографии проходит ежегодно в течение одной недели, и когда в нем принял участие Линч, он только-только переехал в Лодзь. «Камеримажская банда» – слово, придуманное Линчем – это растущая команда музыкантов, художников и кинематографистов, в которую входят Казик Сувала, Агнешка Свойньска, Адам Здунек, Михал Квинто, Павел Фидович, Камил Городецкий, Дариуш Викловскиски, Матеуш Градж и Эва Бржошка. «Я говорил, что однажды к нам приедет сам Дэвид Линч, и люди думали, что я псих, – вспоминал Жидович, который продолжает руководить фестивалем по сей день. – Когда мы с Дэвидом впервые встретились, я был на перепутье, и дела фестиваля “Camerimage” шли не очень хорошо, но встреча с Дэвидом все изменила».
«Он похож на одного из тех гигантов эпохи Возрождения, способных создавать огромные фрески, – добавил Жидович. – Кроме того, он любил Лодзь – город темных секретов, опустошенных заводов, тумана, теней, сломанных уличных фонарей и жутких звуков. Все это напоминает безумный сон, где у всего своя заманчивая логика».[4]
На фестивале Линч познакомился с польским композитором Мареком Зебровски, живущим в Лос-Анджелесе, который работал на фестивале с 2000 года. «Дэвид влюбился в Лодзь – здесь к нему в голову приходили всевозможные идеи, – сказал Зебровский. – Зимняя атмосфера, заброшенные фабрики, роскошные резиденции конца девятнадцатого века – все это объединилось, чтобы создать мистерию под названием “ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ”, ставшую результатом знакомства с этой страной. Спустя несколько лет после того, как он начал посещать фестиваль, совместный проект с Фрэнком Гери также пошел в гору».[5]
Это проект был ни чем иным, как генеральным планом восстановления центра города Лодзь, который включал в себя постройку объектов для фестиваля, реставрацию железнодорожной станции, новые магазины, гостиницы и музей. Начиная с 2005 года Линч тесно сотрудничал с Гери и командой «Camerimage», а финансирование было предоставлено Европейским Союзом, городом и частными спонсорами. «Бабушка и дедушка Фрэнка Гери родились в Лодзе, поэтому для него это был очень личный проект, – рассказал Зебровски. По окончании фестиваля 2000 года несколько членов «Банды» сопровождали Линча в Праге и сняли документальный фильм о его и Анджело Бадаламенти работе над музыкальным сопровождением к «Малхолланд Драв».
Вернувшись из Праги в январе, Линч познакомился со своим новым помощником Джеем Аасенгом, с которым ему предстояло работать в течение следующих восьми лет. «Мой друг Эрик Крэри, который тогда проработал у Дэвида четыре месяца, позвонил и сказал: “У нас может освободиться должность”, – вспоминал Аасенг. – Я изучал кино в Мэдисоне, и мне только исполнился двадцать один год. Прямо перед Рождеством Мэри Суини и Райли приезжали в Мэдисон, и мы встретились в «Старбакс». Я позвонил им в продолжение разговора, и Мэри сказала: “Давайте дадим ему шанс и возьмем на шесть месяцев. Как скоро ты сможешь к нам приехать? “ Я сказал: “Завтра я сажусь в машину”. Думаю, я получил работу, потому что понравился Райли».
«В те дни Дэвид приходил с утра, завтракал чем-нибудь и садился говорить с нами», продолжил Аасенг. «В первый же мой день он вошел, направился прямиком ко мне и радушно сказал: “Эй, Джей! Приятно познакомиться, дружище! Приступим к работе!”»[6]
Той же зимой Линч добавил последние штрихи на «Малхолланд Драйв». Продолжительность ленты составила да часа и двадцать семь минут. В итоге фильм стал результатом совместного производства студии Алена Сарде «Les Films», канала «StudioCanal» и «Picture Factory». У Кранца был значительный вес в создании фильма, но он рассказал: «Я был минимально вовлечен. Мы с Дэвидом не переставали говорить, и я по-прежнему ходил на съемочную площадку, но в наших отношениях произошел надлом».
