Когда я полностью разочаровался в своем пустом путешествии, меня кто-то окликнул. Обернувшись, я увидел путника, уверенного, в отличии от меня, в целесообразности и успешности своего испытания. Он подошел ближе, и мне удалось его лучше рассмотреть: то был мужчина средних лет с ярко выраженными надбровными дугами и густой чёрной бородой, содержащей в себе редкие седые волоски. Его внешность была приятна и располагала к себе любого, кто вступал с ним в разговор, хоть плащ странника и был покрыт пылью и грязью, это не отталкивало от него – наоборот, создавалось впечатление много видевшего и пережившего мудреца, продолжающего своё восхождение. Он добродушно посмотрел на меня, узнав, возможно, обо всех переживаниях в моих глазах, и, после небольшой передышки, заговорил:
– Это очень красивое место, не правда ли? Мне, несомненно, нравится это время года. Середина лета. Ещё не успевшая состариться природа дышит жизнью и наслаждается своим великолепием, увлеченно ловит мгновение, позабыв о смерти. Видите эту птичку? – он показал на крохотный комочек жизни, почтительно держащийся на безопасном от нас расстоянии; даже отсюда в глаза бросались его невероятно прекрасные жёлтые пучки перьев, расположенные на плечах: они выделялись на фоне угольной окраски, словно благословленные солнцем. Казалось, что она не знала покоя, постоянно отлетая и прилетая обратно; чёрный продолговатый клюв издавал странные звуки, напоминавшие "тук-тук", но брошенные явно с призывом продолжить путешествие. – Она преследует меня в течение всего интересного и тяжёлого восхождения. Я не против её милой компании.
– Куда вы идете? Ведь здесь сплошь цветущие поля и больше ничего.
– Неужели? Каждый идет в том направлении, которого хочет достичь. Если вам на самом деле интересно узнать, куда я направляюсь, а не из праздного любопытства, то с радостью отвечу – в Анор-Лондо.
– Анор-Лондо? Это где?
– Да вот же, сами посмотрите, – и он указал пальцем на диковинный замок, которого раньше здесь не было. Великолепие и идеальность его башен завораживали меня, не отпуская, – но мне придется вас предостеречь – это очень опасное место. Красота этого города, да, это город, вы видите только небольшую его часть, иначе бы он свел вас с ума, поражает глаза, а знания, хранящиеся в его библиотеках – умы. Сотни искателей сгинули, посчитав себя достойными прикоснуться к Великим Тайнам. Это смертоносное место, не дайте себя обмануть. Предвосхищая ваш вопрос, отвечу сразу: нет, мне не страшно отдать жизнь в поисках знания, страшнее бродить, не зная, чему эту жизнь посвятить. Я вижу, что вы до сих пор не решились с предназначением. Тяжёлое и грустное время, не поспоришь; к нему невозможно подготовиться. Вы хотите охватить всё и в то же время понимаете, что всё охватить – невозможно; количество ограниченно временем, влияющим на нас. Не печальтесь о прошедшем. Столько всего произошло за такой короткий промежуток. Я знаю. В ваших глазах читается страх. Не позволяйте прошлому затуманить настоящее и разрушить будущее.
– Я не знаю, что мне делать…
– Определиться. И не стоять слишком долго на месте: эта трава может схватить вас и больше никогда не отпустить.
– Но как мне решить?
– Не мне выбирать за вас Путь. Вы сами должны это сделать, определив у которого из них есть сердце – именно такой путь будет верным и не разочарует вас в конце. Чуть не забыл, мне надо отдать это, – и он достал из одного из множества карманов плаща небольшой резной ключ, – Вы найдете ему применение лучше, чем я. Что ж, мне надо продолжать движение.
Мы попрощались с ним, словно были давно знакомы. Кого-то он мне напоминал – кого-то из очень далекого прошлого. Он последовал дальше, и дорога возникала под его ногами, уверенно, без промедления. Верный спутник, в течение всего времени внимательно вникая в наш разговор, отправился за ним. Удивительное создание, как и всё, что мне довелось повстречать здесь. В голову пришла интересная мысль: быть может, те лошади, являются моими проводниками? В таком случае, они бы не испугались и не сбежали. Мой путь тоже непрост; в одиночку мне не дойти до конца. Озаренный такой простой мыслью, навеянной птицей, я побежал было обратно, но вот где было это "обратно", если из ниоткуда возник город, мной ранее не виденный, появилась дорога, не принадлежавшая мне, и небо так и оставалось чистым, без облачка, только расчерченное самолетными полосами. Я потерялся на священной земле.
Решив, что надо держаться подальше от странного города и дороги – они не были моими по праву, я отправился искать своё предназначение и свой путь, ведь именно поэтому очутился здесь. До меня смутно стало пробиваться осознание, как я могу вернуться домой. Только, где был мой дом и что он из себя представлял? И стоило ли туда возвращаться? Было ли это всего лишь зданием, или там действительно забудется ощущение тяжести существования чужим? Достаточно ли будет приложенных усилий? Я отдаю всего себя. Надеюсь, мысли выстроили правильную картину.
