– Рита, попроси кого-нибудь из ребят принести тёплой воды. Нет-нет, вон тазик в углу… Да, и полотенце захвати – у меня в шкафчике, в классе есть вафельное, не тряпками же его вытирать! А ты, Астахов, снимай рубашку. Хватит уже изображать Щорса, красного командира…
Серёга смурнеет – он-то собирался пройти в таком виде по школе и получить свою порцию славы. Я, не сдержавшись, хихикаю – и получаю в ответ гневный взгляд. Классная надвигается на меня как танк на сжавшегося в окопе новобранца, распространяя запах дорогих духов и дорогих сигарет.
– Женя, ну почему… – она понижает голос так, чтобы слышал только я. – Собака-чёртова, не мог сделать как надо?
Взгляд – прямо в глаза, с гневным прищуром, но мне уже не страшно. «Собака-чёртова» – это единственное ругательство, адресуемое нам, её ученикам. Значит – простила и взывает к совести.
Вваливается Куклин, на вытянутых руках – полный до краёв таз. За ним Ритуля с полотенцем на плече. Аст уже стоит голым по пояс, и Миладка с Катюшкой, смущённо хихикая, принимаются смывать с него следы сечи. Серёга мужественно стоит столбом, на физиономии- неописуемое блаженство. Галина некоторое время наблюдает за этой комедией, после чего решительно завладевает полотенцем и берёт дело в свои руки. Татьяна Иосифовна укоризненно качает головой и слабо улыбается.
…ф-фух, пронесло…
А праздник тем временем продолжается. Классы расходятся по своим кабинетам. Идём и мы – в нашем родном семнадцатом запланировано чаепитие. Парты сдвинуты вдоль стен, кто-то притащил из дома электрический самовар (противопожарные инструкции, ау-у!), кто-то пакеты с домашними пирожками, обсыпными кольцами, сочниками, конфетами, разномастные чашки и блюдца – к событию готовились основательно. Главная тема разговоров разумеется, наше выступление. Аст красуется перевязанной головой (по требованию Галины повязку сменили, чтобы «не пугать детей видом свежей крови». Ага, таких испугаешь…
Одноклассницы в восторге, причём не понять, от чего больше – от Риткиного исполнения «Мак-Мэда», или от нашего с Серёгой шоу. Одноклассники с некоторой опаской ощупывают замятины на дюралевых клинках. Попытки выйти в коридор и «пофехтоваться» Галина решительно пресекает, и тут я с ней полностью согласен: «на сегодня хватит дуэлей», как говорил король Луи Тринадцатый – голосом актёра Табакова. Хотя нет, ещё не говорил – сериал покажут по телеку только в декабре, под самые новогодние.
Я принимаю комплименты, отвечаю на вопросы, изо всех сил стараясь не кривиться от боли – плечо, чтоб его! Но – ш-ш-ш, об этом молчок. Довольно и Астовой окровавленной физиономии.
По хорошему, завтра надо бы съездить в травмпункт, как бы не ключица… Спасибо, хоть левая – а то потом недели две, а то и месяц, ни ботинка завязать, ни, пардон за интимные подробности, подтереться со вкусом.
Чаепитие в разгаре. Шум, смех, кто-то разливает по столу кипяток, его гонят за тряпкой. Галина и тут нашла повод почитать стихи… А уж когда мы грянули хором «Джона Бэксворда» (похоже, эта песня станет у нашего класса «фирменной») из учительской, где тоже имел место «междусобойчик», прискакала завучиха с биологичкой.
…а что, нельзя? Нам, может, песен хочется? Чтоб, как говорит известный персонаж из «Свадьбы в Малиновке» – «душа развернулась, а потом обратно свернулась»?..
«Городское» сочинение – это важно, внушала Галиша, и Женька целиком был с ней согласен. Восьмой класс – переводной, и если не хочешь, чтобы тебя, в самом деле, отсеяли, и тогда прямая дорога в ПТУ – изволь напрягаться и зарабатывать хорошие оценки. И потом (и тут он был согласен уже со «
И тут начинало работать то, что они между собой называют «метод Цезаря». Помните историческую байку о том, что этот римский император умел делать сразу три дела – читать, писать и вести беседу, причём без ущерба для качества каждого из занятий? Так вот, недавно выяснилось, что «двойное» сознание позволяет проделывать похожие трюки, например, с одновременным чтением и беседой. Пару раз Женька на спор развлекал ими друзей, но вот сегодня пришло время приложить эти забавы к чему-то посерьёзнее. Так что, «годовое сочинение» они со «
