Мне не нужен свет, чтобы идти по пересекающим остров тропинкам. Здешние дорожки я знаю как свои пять пальцев, а вот Сет позади то и дело спотыкается. По пути я не единожды останавливаюсь, вскинув руку, чтобы он замолчал, если мне слышатся чьи-то мягкие шаги. Но когда мы стоим, до меня доносятся только звуки моря. Рокота и натиска волн, кружащей по небу и кричащей в темноту ночи чайки. А шаги наверняка всего лишь отзвук стучащего у меня в ушах сердца.
К пристани ведут выдолбленные в скалах ступеньки. Узенькие, и практически каждая – с подвохом; до сих пор они используются для контрабанды, если нам прилично заплатят за передержку груза. Одни ступеньки низкие, другие высокие, чтобы легче было оступиться. Еще и выругаешься ненароком. Когда-нибудь эта уловка сослужит нам службу и предупредит о дозорных в засаде.
– У Кая есть ялик. Его и возьмем, – говорю я и направляюсь к лодочке, поднятой за полосу прилива.
Парус, пара весел, да и места хватит нам обоим. Но я ума не приложу, как доберусь на ней по завещанным мамой координатам. В домике для собраний я мельком оглядела настенную карту, и, насколько поняла, мне предстоит забраться даже дальше Порт-Тренна. Чуть ли не за край известного мне мира, в открытое море, к Перевалу на юго-востоке.
На Энноре придется запастись провиантом, может, даже разжиться лодкой побольше. От этих мыслей возникает двоякое чувство, одновременно будоражащее и беспокойное. Сама под парусами я ходила только до Пенскало, изредка еще к необитаемым островам и островкам неподалеку. Местные оттуда иногда наведывались к нам на шумные пирушки, но теперь мы не рискуем собираться целой толпой.
О материковых портах Арнхема и городах дальше к северу, на западном побережье Лицины, ходит множество слухов среди мореходов, кто постоянно бывает в Порт-Тренне и только изредка наведывается на Розвир, обычно среди ночи с контрабандным товаром. И мне представится возможность посмотреть на один из них своими глазами. Но сейчас уже за полночь, и в запасе у меня всего восемь дней, чтобы успеть вернуться за отцом. Пока его не повесили на площади Пенскало. Придется поторопиться.
Сет хватается за борт, я за другой, и вместе мы спускаем ялик к воде. Я упираюсь ногами в песок, впиваюсь пальцами в шершавую древесину. Но тут у Сета за спиной мелькает тень. Я оглянуться не успеваю, как его сбивают с ног. Над ним возвышается Кай.
– Сказал же, что ему нельзя доверять! – кричит он через плечо.
Я обегаю лодку и отпихиваю Кая, но тут из-за навеса с лодками выходит Агнес.
– Мы так и знали, что он что-то задумал. Так и знали, – заявляет она, и под луной в ее руке поблескивает нож.
Я помогаю Сету подняться на ноги и встаю к нему спиной.
– Вы все не так поняли. Он помогает мне…
– Он тебя обманет.
Я в недоумении смотрю на Кая, а он, скрестив руки, сверлит взглядом Сета у меня за спиной.
– Какой обман, все честно.
– Тихо, Сет, – отрезаю я, мотая головой. Только его голоса мне не хватает в этой сумятице. – Он умеет ориентироваться по звездам, и я заключила с ним договор. Чтобы он провез меня на Эннор.
Глаза у Агнес округляются.
– Но как же твой отец? И Брин?
– Я это ради отца и делаю, – выпаливаю я и шагаю навстречу.
Оглянувшись на Сета, я отвожу Агнес подальше, чтобы он нас не слышал. Я не сомневаюсь, что Сет довезет нас до Эннора, но в остальном ему веры нет.
– Я нашла ключ к маминому сундуку.
– Но как? Где?
– Не важно, – отвечаю я, отбросив чувство вины за обшаренный без спросу дом, и вытаскиваю из кармана записную книжку.
Кай подходит к нам, присматривая краем глаза за Сетом.
– Вот что я нашла. Это координаты. Смотрите.
Они с Агнес склоняются над книжкой и разглядывают рисунок под светом луны. Агнес, прикусив губу, поднимает взгляд на Кая, потом на меня. На лице ее читается тревога.
Кай мотает головой.
– Это еще ничего не значит. Может, твоя мама просто необычную скалу отметила или место, где когда-то бросила якорь. Ты же знаешь, что она с контрабандистами раньше ходила и только потом осела на Розвире.
– Нет, – возражаю я. – Нет. Тут все не так просто. Не знаю, как объяснить, но эта книжка… звала меня. Все это время, под замком в сундуке. Шесть лет меня преследовал ее зов, так что теперь, заполучив ее, я не могу не прислушаться. Это не просто координаты, мама что-то мне оставила там, я уверена. Она бы так не исчезала, не уходила бы так часто от нас, если бы… если…
Агнес кладет свою руку на мою и закрывает тетрадь. Из всех жителей Розвира уж она-то, надеюсь, поймет. В тот день мы обе лишились матерей. Нам обеим пришлось в одночасье вживаться в их роли ради нашего сообщества и наших родных.
– Твоя мать отличалась от нас; и родилась она не на Розвире. Здесь, на острове, она была пришлой. Может, она и правда что-то для тебя оставила. На твоем месте я поступила бы так же. И тоже бы отправилась на поиски. Если бы решила, что мама мне что-то оставила… – Она мучительно переводит дыхание. – Я бы в поисках весь океан прочесала от края до края.
Я всхлипываю и тихонько киваю.
