— Сталь, ну, чистая сталь, — прошептал Кулл восхищенно, подумав при этом, способен ли он достигнуть таких высот самообладания.
Двухдневный марш вывел их из пустыни в низкие холмы, отмечающие границу Зарфхааны. Там отряд был остановлен пограничным кордоном — двумя конными зарфхаанцами.
— Я Кулл, правитель Валузии, — без околичностей объявил царь. — Я преследую некоего Фенара. Не препятствуйте нашему проезду, и я обещаю сохранять уважение к вашему императору.
Пограничники, тронув лошадей шпорами, отъехали в сторону, позволив кавалькаде следовать дальше, а когда расстояние поглотило клацанье подков, один обратился к другому:
— Я выиграл наше пари: царь Валузии прискакал сам.
— Увы, — ответил другой. — Эти чертовы варвары никогда не учатся на чужих ошибках, норовя набить собственных шишек. Будь царь валузийцем, ты бы проспорил, клянусь Валкой!
В долинах Зарфхааны гулким эхом отзывалась тяжелая поступь валузийской конницы. Деревенские жители высыпали из своих домов посмотреть на свирепых воинов, проносящихся мимо. По всей страте — на юг и север, восток и запад — разносилась весть о том, что сам Кулл Валузийский едет по Зарфхаане.
Приграничные области давно остались позади, когда Кулл решил отправить посланца к императору, чтобы заверить его в своих мирных намерениях. Царь остановил отряд на отдых и собрал импровизированный военный совет с Брулом, Ка-янной и Келкором.
— Беглецы опередили нас на много дней, — сказал Кулл. — Нам некогда заниматься поисками их следов. Но местные жители, обратись мы к ним за помощью, наверняка станут лгать, так что остается полагаться лишь на собственное чутье и, подобно волкам, по запаху отыскивать след оленя.
— Позволь мне допросить этих земляных червей, — обратился к нему Ка-янна, высокомерно и злобно скривив толстые чувственные губы. — Я гарантирую, что сумею заставить их говорить правду.
Кулл вопросительно поглядел на него.
— У меня есть свои способы... — уклончиво промурлыкал валузиец.
— Пытки? — буркнул Кулл, и в голосе его прозвучало откровенное презрение. — Но ведь Зарфхаана — дружественная держава.
— Неужто императору есть дело до нескольких паршивых селян? — коротко, почти ласково, поинтересовался Ка-янна.
— Ну, довольно, — отмахнулся от него царь с выражением брезгливого отвращения на лице, но тут Брул поднял руку, чтобы привлечь к себе внимание.
— План этого типа мне нравится ничуть не больше, чем тебе, Кулл, — сказал он. — Но даже и свинье случается порой изрекать истину, — лицо Ка-янна скривилось от бешенства, но пикт не обратил на это ни малейшего внимания. — Давай я пошлю несколько своих парней, пусть покрутятся немного среди крестьян, порасспрашивают, может, припугнут немного, не причиняя вреда. Иначе мы можем потратить недели на бесплодные поиски.
— Сразу видно, говорит варвар, — пряча улыбку, пробурчал Кулл.
— А в каком из городов Семи Империй родился ты, о царь? — в тон ему с притворным благоговением спросил Брул.
Келкор прервал шуточную перепалку двух друзей нетерпеливым жестом руки.
— Вот где мы находимся, — заговорил он, рисуя карту в пепле кострища концом ножен. — Фенар вряд ли поедет на север. Все мы сошлись во мнении, что в Зарфхаане он оставаться не станет, а дальше... море, кишащее пиратами и морскими бродягами. На юг ему дорога закрыта, там расположена Турания, давний враг его народа. Отсюда мое предположение: он, как и раньше, скачет на восток, чтобы пересечь границу где-то около Талунии, и двинется в пустоши Грондара, где повернет на юг, стремясь достичь лежащего на западе от Валузии Фарсуна через малые княжества, расположенные к югу от Турании.
— Все это одни догадки, Келкор, — сказал Кулл. — Если Фенар рассчитывает удрать в Фарсун, почему же, во имя Валки, он мчится в совершенно противоположном направлении?
— Потому... да ты сам знаешь это, Кулл. В это неспокойное время все наши границы, за исключением самых восточных, усиленно охраняются, и он не мог бы проскользнуть через них незамеченным, тем более что с ним следует графиня.
— Я уверен, Келкор прав. — Брул только что не пританцовывал от нетерпеливого желания возобновить погоню. — Доводы его звучат убедительно, с какой стороны ни посмотреть.
— Ну что ж, этот план ничуть не хуже любого другого, — со вздохом ответил Кулл. — Едем на восток.
