«Демон» сразу понял, что происходит с партнером. Не раздумывая (на это у него не было времени), Ворг сделал несколько шагов в его сторону и, поняв, что может просто не успеть, выпустил вперед свое неимоверно длинное щупальце. Заостренный стальной крюк на его конце ударил точно в лоб скрученному непонятной судорогой Кондору, слегка надрывая прочнейшую кожу… И боль ушла. Ушла, словно ее и не было. Некоторое время Кондор еще лежал на полу, боясь пошевелиться, но потом решился и встал, ревниво прислушиваясь к своим ощущениям. Сейчас все было в норме, но что произошло минутой раньше, хотелось бы знать? Ворг стоял рядом. Стоял молча, предоставляя ему первым начать разговор, когда он будет готов к этому. Выплюнув остатки рвотной слизи и утеревшись рукой, Кондор заговорил, растерянно глядя на биллероида:
– Что это было, черт возьми? – Он знал, что у Ворга есть ответ. Иначе биллероид не смог бы так быстро и просто помочь ему. Хорошая терапия – удар по голове.
– Плохо дело, – сказал «демон». – Произошло то, чего я боялся больше всего. У тебя началась пассивная иртадизация, регрессия памяти. Дерапсатия продолжает разрушать твой мозг, меняет «калибровку» сознания. Только что ты чуть не потерял себя. Мой удар выдернул тебя из колодца беспамятства, в который ты уже готов был провалиться. Тебе нужна срочная дефрагментация, иначе ты долго не протянешь. Необходимо спешить.
– Сколько у меня осталось времени? – спросил Кондор.
– Трудно сказать точно, – ответил Ворг. – В последние два дня я подробно изучил проблему дерапсатии и…
– Сколько?! Просто ответь!
– Два часа, может, немного больше. Прежние пациенты, подвергавшиеся пассивной иртадизации, держались приблизительно столько. Максимально – около трех часов.
– А потом?
– Потом… Полный распад сознания. Прости… Здесь я ничем не смогу помочь тебе.
– Дьявол! И ничего нельзя сделать?
– Как я уже сказал, нужно дефрагментировать твою память. Удалить все лишнее, сгладить «эхо» и резонанс, расставить остальное по своим местам. Но это в теории. Ведь у нас нет даже простейшего мозгового сканера. – Ворг, словно извиняясь, покачал головой.
– А у кого есть?
– Есть и здесь, но до лаборатории нам не добраться. У меня нет кода доступа. Еще наверняка есть у «Черного света».
– Так мы к нему и направляемся, – обрадовался Кондор.
– Только успеем ли? – с сомнением проговорил «демон».
– Должны успеть. – Кондор всерьез загорелся этой идеей. Умереть в бою – другое дело. Но сойти с ума – нет уж, увольте. – Только обещай мне одну вещь.
– Какую?
– Если я не… – Кондор проглотил ком, подкативший к горлу. – В общем, если ты останешься один, заверши начатое. Обещай мне.
– Не распускай нюни, – холодно отозвался «демон».
– Нет, ты не подумай, что я пасую. Ничего подобного. Я по-прежнему с тобой, по-прежнему боеспособен. Просто решил перестраховаться, если мы вдруг не успеем. Все может случиться. Ладно, забудь. Так что мы собираемся делать дальше?
– Планы не изменились, – сказал Ворг и стремительным шагом направился к одной из колонн трансмеризатора. Приблизившись к ней, он выбросил вперед свои незаменимые щупальца и ловко вскрыл крюками тонкую металлическую обшивку. Внутри колонны, под слоем мягкого изолятора, оказалось хитросплетение сотен тончайших проводов и шлейфов. Действуя четко и уверенно, Ворг запустил руку в проделанную им дыру и вытянул наружу пучок проводов.
– Что ты делаешь? – спросил Кондор, с сомнением следя за действиями биллероида.
– Компьютер блокирован извне, трансмеризатор не работает, – пояснил Ворг, копошась в проводах. – Но мы все равно уйдем отсюда.
– Как?
– Пусть это тебя не беспокоит. Меня создавали не только как солдата, но и как универсального диверсанта. Террористическая деятельность на территории врага, саботаж, полевая разведка… Электроника и информационные сети не стали исключением. Как, ты думаешь, я умудрился взломать защитную оболочку закрытой базы данных Крейда? Кстати…
– Ну и вид. Инкрис еще цел?
– Дьявол, я совершенно забыл о нем, – спохватился Кондор. Сорвав с себя остатки бронированного панциря, который не мог больше выполнять своих защитных функций и только мешал, он остался в костюме из металлоткани, сильно потрепанном, но пока еще сохранившем вид одежды. Из кармана брюк он извлек информационный кристалл.
– Вроде цел, – неуверенно сказал Кондор, разглядывая кристалл на свет. Одна из граней оказалась слегка оплавленной.
– Ничего страшного. Внешняя оболочка не является носителем. Информация записывается на внутренние, невидимые для глаза грани. Хотя частично считать информацию окажется весьма непросто, думаю, «Черному свету» это под силу. – «Демон» неожиданно и совершенно беспричинно хохотнул своим металлизированным басом.
– Ты чего смеешься? – удивился Кондор.
