— И ее назвали Розой Гермионой.
Гермиона сделала шаг назад и аккуратно облокотилась о письменный стол.
— Я понимаю, для тебя это неожиданно, но…
— Еще как, — согласилась Гермиона, пытаясь сдержать истерический смех. Они с Роном, разумеется, оставались лучшими друзьями, но все-таки виделись нечасто. Домой к Гарри Гермиона приходила регулярно — Поттеры всегда были ей рады и встречали как родную, а вот с Роном они встречались только в заранее обговоренным месте. Делились новостями, вспоминали детство, обсуждали коллег — и расходились. К своему стыду, Гермиона даже не помнила имени его жены. Кажется, Мэри. Или Минни. Они встречались всего пару раз — один раз на семейном празднике в «Норе», и еще раз — на свадьбе, и Гермиона едва запомнила лицо девушки.
— А… — начала было Гермиона, но Гарри ее прервал, точно угадав причину ее метаний:
— Милли только «за» — она считает, что назвать дочь в честь героини войны — это отличная идея.
Милли — точно! Гермиона слабо улыбнулась и сказала:
— Это неожиданно, но, наверное, здорово. Наверное, надо повидать их.
— В воскресенье повидаешь, Молли затевает большой праздничный обед в честь Розы, — ответил Гарри, потом посерьезнел и уточнил: — он опять ввязался в неприятности?
— Как и всегда, — пожала плечами Гермиона. На самом деле (хотя осознавать это было странно), она начинала привыкать к тому, что Шерлок вечно ходит по краю пропасти и регулярно в нее заглядывает. Возможно, еще лет через двадцать она будет воспринимать очередную грозящую ему смертельную опасность с философским спокойствием, как плохую погоду.
Гарри покачал головой — судя по всему, он предпочел бы, чтобы его подруга любила какого-нибудь тихого, мирного и спокойного человека вроде Рона.
Однако помимо новости о дочери Рона у Гермионы было немало тем для размышлений и обсуждений. Наколдовав себе и Гарри по чашке кофе, она осторожно, избегая излишне жестких формулировок изложила другу историю про Шеринфорд — с того момента, как к ней обратился Невилл и до сегодняшних поисков в архиве. Гарри слушал молча, но по мере рассказа Гермионы становился все серьезней и мрачней.
— Хреново, — резюмировал он. — Я искал следы этой штуковины, но у меня допуск поменьше, чем у тебя, так что ничего не нашел. К тому же, названия и точного предназначения я не знал — только предполагал, что это должно быть что-то вроде Азкабана на маггловский лад. Что делать будем?
Гермиона нахмурилась и ответила:
— Выходит, что ничего. С Шеринфордом — точно ничего. Единственное, что сейчас реально — это сделать все возможное, чтобы магическое образование было обязательным. Родители могут руководствоваться разными соображениями, но они не понимают, что без обучения дети-маги опасны для себя и окружающих.
Гарри побарабанил пальцами по коленке.
— Тоже плохо. От родителей и их умения молчать зависит соблюдение Статута. Не будешь же ты запрещать детям видеться с родителями?
К сожалению, проблема выглядела патовой — они с Гарри еще некоторое время обсуждали ее, но так ни к чему и не пришли. До конца недели Гермионе пришлось выбросить Шеринфорд из головы — начинались слушанья по уголовным делам, и она тратила все силы и время на подготовку доказательств, проверку свидетелей и заключительные допросы подозреваемых.
Воскресенье она провела в «Норе» — вместе с разросшимся, шумным и очень счастливым кланом Уизли и Поттеров праздновала рождение малышки Розы Гермионы Уизли. Это был крепкий ребенок с яркими голубыми глазками и пушистым вихром рыжих волос. Милли не выпускала девочку из рук, а Рон не отходил от них ни на шаг, то и дело наклоняясь к дочери.
— Братец выглядит совершенно ополоумевшим, — фыркнула Джинни, краем глаза следя за собственными отпрысками (*), уже затеявшими на поле перед домом игру в догонялки под предводительством нескладного, но обаятельного подростка, в которого превратился Тедди Люпин, и под надзором хорошенькой Марии-Виктуар, дочери Билла и Флер.
— А ты выглядишь бледной, Гермиона, — заметила миссис Уизли (та, которая Молли — на празднике женщин с этой фамилией сегодня было трое).
— Работа, — ответила она с улыбкой. — Вы же знаете.
Миссис Уизли покачала головой:
— Работа — это хорошо, детка, но ты себя совсем загоняешь.
Гермиона развела руками и перевела тему на потрясающий обед, хваля каждое блюдо. Увы, это был минус встреч с семейством Уизли — кто-то из них обязательно начинал переживать за Гермиону и пытаться выдать ее замуж хоть за первого встречного. В их представлении одинокая женщина была женщиной несчастной, и никакие достижения в карьере или личном развитии не могли компенсировать отсутствие мужа и детей.
Гермиона же, напротив, была уверена, что замуж не выйдет — хотя бы потому что мужчину, которого искренне любила, она была готова выносить не чаще пары раз в неделю, порционно. Да и вообразить Шерлока образцовым мужем не выходило, равно как и себя — примерной женой.