И он действительно просчитал все возможности, кроме одной — что его будут встречать уже в аэропорту.
Выходя из Национального аэропорта Минска, Шерлок судорожно перебирал варианты развития событий. Едва ли его будут убивать в людном месте, скорее будут следовать на расстоянии, ожидая, пока он останется один. Кроме того, вероятной была версия с похищением — стоит ему сесть в такси, и он уже не выйдет наружу. Значит, нужно было держаться людных улиц, избегать машин, проулков, пустых комнат — или же пойти ва-банк.
Шерлок взлохматил немного отросшие, но все еще не начавшие виться волосы и довольно улыбнулся — кажется, он придумал отличный план. Не делая никаких попыток оторваться от слежки, ведя себя преувеличенно спокойно, Шерлок двигался к ближайшему от аэропорта тихому и не просматривающемуся через камеры видеонаблюдения месту — лесу на подступах к Пекалинскому заповеднику. Шерлок ни разу до сих пор не был здесь, но карту в Чертоги успел записать, так что ориентировался легко. Правда, белорусский и родственный ему русский Шерлок так и не удосужился выучить, но в нынешней ситуации это было не важно. Преследователи — четверо, из которых двое прилетели на одном с Шерлоком самолете, а еще двое ждали возле аэропорта, — если и догадывались, куда он идет, то, во всяком случае, не пытались ему помешать. На их стороне было безусловное преимущество в количестве, но они пока не знали, что массовая атака идиотов редко может навредить умному человеку. Шерлок сунул руку во внутренний карман куртки и нащупал пистолет.
Но преследователи атаковали первыми — едва оживленные территории остались позади, едва редкий и поломанный местами лес скрыл их от посторонних глаз, один из четверых выстрелил — Шерлок был готов к этому и ушел от пули, наклонился и, не глядя и не целясь, выстрелил в ответ — послышался вскрик, отборная ругань на нескольких языках, чье-то яростное: «Дьявол!» — и Шерлок едва успел нырнуть за ближайшее поваленное дерево, чтобы не превратиться в решето. Следующий его выстрел оборвал еще одну жизнь, но больше оставаться на месте было нельзя. Шерлок оглянулся, прикинул траектории — и побежал, зная, что наугад и в пустоту стрелять не станут, поберегут патроны.
Шерлок избавился еще от одного и, пойдя на сближение с последним из четверки, выключил его точным ударом в висок, отскочил в сторону, чтобы его не задавило массивным телом — и, покачнувшись, рухнул в незаметный до сих пор овраг, нелепо взмахнув руками. Расстояние было небольшим, но дно оказалось каменистым. Удар вышиб из легких Шерлока весь воздух, в глазах задвоилось.
— Черт, — прошипел он сквозь зубы и попытался было поняться, но не сумел. Поясницу скрутило обжигающей болью, а ноги едва чувствовались. Он попытался подняться на локтях, но снова почувствовал боль такой силы, что на глазах выступили слезы. Он откинулся обратно на камни и повторил:
— Черт.
Диагностировать перелом позвоночника в поясничном отделе оказалось весьма просто — несколько попыток подвигаться, все нарастающая боль. Правда, тип перелома Шерлок определить не брался — все-таки он не Джон.
Кажется, игра закончилась, едва начавшись. Шерлок прикрыл глаза и отстранился от боли. Он, конечно, мог бы попытаться выбраться на руках и даже выползти к людям, но не собирался этого делать — у него были весьма слабо сделанные фальшивые документы и очень много врагов, так что вместо качественного лечения он мог получить пулю в голову, что его совершенно не устраивало.
— Должен быть выход, — заметила Гермиона из его подсознания. Шерлок мысленно кивнул — обязательно должен. Например, та же самая Гермиона могла бы посмотреть на свои часы, заметить неладное и вытащить его. Но делать это она не будет — наверняка за последние полгода она привыкла к тому, что Шерлок постоянно в опасности, так что поводов волноваться сейчас у нее нет. Можно было бы послать ей сообщение, но как назло Шерлок не удосужился обзавестись местной СИМ-картой, а его собственная здесь не работала. Так что волшебная помощь гарантированно не придет.
Конечно, можно еще было понадеяться на осведомителей Майкрофта — если бы только Шерлок сам не избавился от британского хвоста сегодня утром, отправив надзирателей в ЮАР. Этот вариант тоже отменяется.
Шерлок в третий раз повторил:
— Черт.
Кажется, у него появилась нехорошая привычка умирать — это уже второй раз за шесть месяцев. Он пошевелил плечами, отключил оставшиеся болевые ощущения и пожалел, что, обезвреживая две недели назад очередного наркобарона, не догадался прихватить с собой дозу. Сейчас она ему пригодилась бы.
— Привет, Шерлок, — раздался на границе сознания голос, который он не желал слышать. — Не ждал меня?
Шерлок скользнул в Чертоги. Посреди зала стоял Джим Мориарти. Он был почти таким же, как в жизни, разве что улыбался откровенно-сумасшедше. Подмигнув Шерлоку, он достал из кармана баллончик с краской, подошел к пустой стене и написал: «Я имел Шерлока». Обернулся, словно проверяя, произведет ли его художество верный эффект. Показал язык.