– Он был не на своей машине, товарищ подполковник. Наверняка не на своей, – ее глаза загорелись знакомым азартом. – Кто сказал, что у Ульяны Грушевой нет машины? Наверняка есть. На ней они и перемещаются. А еще в его гараже могла стоять машина покойной жены. И я тут подумала…
– Бинго, Маша! – Егор снова взял в руки телефон. – Погоди, мне надо сделать пару звонков.
Информация о машине жены Шнырова была у него уже через десять минут. О машине Ульяны Грушевой никто пока ничего сказать не мог. В базе их города ее не обнаружилось. Еще через несколько минут, когда они уже подъезжали к Москве, поступило сообщение, что машина, оформленная на Грушеву Валентину Ивановну, час назад проследовала мимо блокпоста, который только что миновали и они. Всем постам была выдана новая ориентировка.
– Они едут в Москву, Маша! Здесь мы их и возьмем. Теперь-то мы знаем, на чем они путешествуют. – Он скрипнул зубами и добавил с ненавистью: – С моей дочерью!
Он понемногу приходил в себя. Страх затаился глубоко внутри, и Егор его всячески топил, не давая поднимать голову. Теперь он знал, что Машка жива и вполне здорова. Ее кормят, переодевают, она спит. Тщательный осмотр квартиры не подтвердил его подозрений насчет лекарств. Она просто спала. Да, спала. Вот и Маша Зиновьева уверяет, что режим у ребенка может запросто сбиться. А она мать двоих детей, знает, что говорит.
На Кольце они встали в пробке. Навигатор показывал: полтора часа до отдела, где работает Егор. Где-то впереди дорожные работы.
– Самое время в час пик дороги ремонтировать, – ворчал он. – Неужели ночью нельзя?
– Ночью работодателю невыгодно, наверное, – предположила Маша, истомившись от ничегонеделания и без конца подавляя зевки. – Тариф другой. Ответственности больше. В ночное время суток техника безопасности иная.
– Ну да, ну да… – Егор проверил телефон. Информации ноль. – Маша, а Игнат Власов жив. Он не погиб в авиакатастрофе.
Она села
– Что-то подобное я и предполагала. Чем-то Шныров его зацепил. Чем? Что такого Шныров знал о парне, что тот начал сам искать на него компромат? Только вот до сих пор не пойму, что дала информация из книги им обоим: и Игнату, и вашей Вике? И, кстати, чем Шныров ее шантажировал? Она не говорила?
Егор не стал повторять историю про роман с женатым мужчиной, у которого была на редкость влиятельная супруга. Она даже навскидку выглядела так себе. А если поразмыслить, вообще казалась полным бредом.
– Он шантажировал их, они искали компромат на него, – задумчиво проговорила Маша. – А что, если… Нет! Этого не может быть, конечно… Хотя…
– Что? – Егор окинул ее подозрительным взглядом и взмолился: – Только прошу ничего такого не выдумывать! И так голова сейчас взорвется.
– Не буду. Просто мне для начала надо встретиться с Ульяной и поговорить с ней.
– Серьезно?! – сморщил Егор лицо. – Мне тоже не помешало бы! Только разговаривать мы с ней будем в комнате для допросов. Сволочи…
Звонок из дежурной части не дал ему закончить ругательства. Невысказанный запас скопился приличный.
– Товарищ подполковник! – заорал ему в ухо сержант Игорь Золотов. – Тут такое…
– Говори, сержант! – Внутри все оборвалось, дыхания не стало, сердце заколотилось в горле.
– Тут гражданин Шныров приехал с вашей дочкой Машей. Сидит перед дежуркой, играет с ней, вас ждет, – выпалил Золотов, запыхавшись, словно кросс пробежал. – Я вам позвонил сразу. Сейчас полковнику доложу. Что делать-то? Что мне с ним делать?
– Закрой его! А Машку к психологу Наташе отнеси. Пусть займет ее. Она как? Не плачет? Нормально с ней все?
– Да. Смеется. Вроде нормально все. Может, врачей вызвать, чтобы осмотрели?
– Нет. Я сам, напугают…
Егор зажмурился и впервые поблагодарил Бога. Никогда не верил! Даже не вспоминал! А тут вдруг проняло.
– Дай трубку этому уроду, сержант. И отбой всем постам надо объявить, – потребовал Егор и шепотом сообщил Маше: – Дочка нашлась. Шныров ее в отдел привез.
– Умно, – подумав, изрекла библиотекарша.
Что она имела в виду, кто ее знает, но ее вид сделался таким загадочным, что у Егора снова заныло в области желудка.
Сержант вызвал их штатного психолога Наташу. Ее кабинет располагался рядом с дежурной частью – первая дверь по коридору слева. Через пару минут она забрала из рук Шнырова Машку, и почти тут же ему передали трубку.
– Объяснись, – потребовал Егор страшным голосом. – Только будь убедительным, чтобы я не сломал тебя сразу, как подъеду.
– Так я и знал! Так я и знал, подполковник, что все мои добрые дела вы обернете против меня. Я привез вам дочь, а вы…
– Ты похитил ее, а это серьезное нарушение закона! Это преступление! И ты за него ответишь! Я тебя закрою, Шныров! Так и знай, закрою!
– Если только в моих действиях обнаружится состав преступления, товарищ подполковник. – Он гадко и с удовольствием захихикал. – Я не похищал вашего ребенка, а спас из рук похитителей.
– Что?! Что ты несешь?!
Егор резко вывернул руль, съезжая с дороги в проулок и тем самым срезая путь. Маша испуганно ойкнула, вжимаясь в спинку сиденья.
