Элайя была невысокой коренастой темнокожей женщиной лет сорока, со шрамом на правой скуле. На ней был перекроенный паладинский черный комбез, а на поясе висел огромнейший нож, больше напоминающий укороченную версию бензопилы.
Нас отвели на какой-то заброшенный участок с полуразрушенным одноэтажным домом. Внутри него оказалась вполне прилично обставленная просторная комната с маленькой кухонькой, креслами, освещением и обогревом. Но снаружи не было видно даже света — дом был сильно завален мусором, и ни одно окно комнаты не выходило наружу.
На стене висел квадрат пластиковой бумаги с картой Лихоторо-Сити, а рядом такой же, только побольше, с картой Олимпа. На картах были наколоты булавки с разноцветными головками. В стену было встроено несколько мониторов с видами окрестных территорий, стояли мощные компьютеры, за которыми работали какие-то люди.
По комнате прогуливалось несколько вооруженных до зубов боевиков, держащих в руках автоматы.
— Понимаешь, Элайя, — проговорила Джей, слегка растягивая слова, в своей обычной манере. — Ты же умная женщина, ты лидер все-таки, значит, ты стратег…
— Ну и что? — перебила негритянка. — Да, я суперкрута, дальше? Именно поэтому я не могу доверять человеку, который ведет какие-то свои игры!
Говорила она чуть гортанно, с живыми яркими интонациями, изредка пожевывая пухлую нижнюю губу, которая становилась от этого слегка синеватой.
— А не ты ли, — в той же слегка ленивой манере продолжила Джей, — подсылала к Странному своего парня — Санька Экскаватор, кажется? Он пытался нанять Пастуха Глюков…
— Мы надеялись, что Странный что-то знает или хотя бы выведет нас на Лидумса, а теперь Лидумс мертв, и после Санькиного доклада про беседу со Странным надобность его резко снижается. Странный либо ничего не знает, либо скрывает то, что знает, — в обоих случаях риск слишком велик, а у меня не так много опытных бойцов, чтоб ими разбрасываться.
— Милые дамы, я вам не мешаю? — не выдержав, влез я в разговор, закурив сигарету. — Поговорите со мной: мне невыразимо скучно.
Обе строго посмотрели на меня, но затем продолжили беседу.
— Насколько я поняла, — продолжила Джей, тоже закурив, — ты хочешь найти это «нечто», и ты его ищешь — так не лучше ли вместе поискать? Сама же говорила, что людей у тебя мало…
— Слушай, Джей, Странный работает на внешнюю разведку. — Элайя выпучила глаза. — Зачем мне нужен разведчик в наших рядах? Одно то, что мы принимаем тебя с ним в одной из наших точек, — это уже огромное одолжение с нашей стороны. Когда мои люди передали тебе пароль, я не знала, что ты приволочешь его сюда…
Она кивнула в мою сторону, а я с тоской подумал, что и сам теряю время, попав к этим долбанутым повстанцам, больше напоминающим шайку отморозков.
— Элайя, — тон Джей изменился, — да какой он разведчик? Он же внештатник! Он больше как наблюдатель работал, и интерес-то у него личный… Он больше Охотник, чем разведчик.
— Да по мне, как его ни назови, — нахмурилась та, — стукач — он и есть стукач…
— Ты, Элайя, не заговаривайся. — Тон Джей стал ледяным, и я понял, что она в ярости. — Он под танки лез ради того, чтобы людей своих спасти, он банду Мирзы ликвидировал…
— Джей, я тебе все сказала — вязаться даже не хочу. — Она рубанула воздух ребром ладони. — У нас своих проблем сейчас хватает, чтобы мы еще за чужие брались… Все, разговор окончен.
При этих словах ко мне подошел один из боевиков с бородкой клинышком и в черной бандане, бесцеремонно схватил меня за плечо, а в другой его руке щелкнул выкидной нож — любили тут холодное оружие. Джей не тронули.
— Ну, давай, красавчик, подымайся — Мама с тобой попрощалась, — прошипел он мне в ухо. — А ты мне не нравишься, так что могу и ребра пощекотать, хочешь?
Я посмотрел ему спокойно в глаза, затем аккуратно снял его руку со своего плеча и медленно встал.
— Да я-то, собственно, к вам и не собирался, — сказал я. — Одному проще будет. Пойдем, Джей, нам еще выбираться отсюда.
Джей с гордым, независимым видом поднялась с кресла, сжав губы и прищурив глаза, поглядела на Элайю, затем на меня.
— Да, Пастух Глюков, пойдем, а то мы здесь мешаем, — сказала она так же холодно.
Тут из соседнего помещения вошел очередной боец революции и, подойдя к Элайе, нагнувшись, что-то зашептал ей на ухо — слов было не разобрать.
Элайя окинула нас удивленным взглядом и кивнула.
— Погоди-ка, Боб, — властно сказала негритянка головорезу с бородкой. — Это ты их позвала?
Последний вопрос она адресовала Джей, внимательно поглядев ей в глаза, будто впервые увидела.
— Кого «их»? — Джей прищурила глаза, сделав кислую мину. — Я никого никуда не звала, я сама пришла, Мамочка… Пойдем, Странный…
— Останьтесь ненадолго. — Элайя сжала губы и оглядела нас обоих, нахмурясь.
