Танк с вертолетом одновременно взорвались, от чего в небе появилось второе солнце. Для Генри артфон автоматически включил защиту, и его отбросило в воздухе прямо на Лару.
— Чемодан куда полетела! — кричала она ему.
Рядом в густом дыме что-то пролетело.
— Что это? — Генри вдруг пришел в себя и обернулся.
— Наверное, обломок.
— С такой скоростью?
От Лариного барьера отразились две пули, в этот момент из облака пепла вылетели Мефорий и Селевин, в воздухе их держали воздушные ранцы.
— Что?! — закричал Генри.
— Ах точно… — Лара приложила руку ко лбу, — если кто-то сидит в салоне, его автоматически катапультирует кресло, которое является воздушным ранцем, надо было отключить эту настройку.
— Смотри! они быстро падают, значит увидели чемодан, полетели за ними!
Лара быстро полетела в низ держа за собой Генри. Селевин обернулся и увидел их.
— Черт, как же их упрямство меня бесит. — Он полностью повернулся и начал стрелять.
Мефорий не отвлекаясь от свободного падения, почти схватил чемодан, как Лара долетела и выхватила ее прямо из-под пальцев. Мефорий зарядил автомат и полетел вверх, стреляя в спину. Генри ничего не придумав прыгнул на Селевина, Мефорий увидел это и выстрелил в их сторону.
— Дурак! — закричал Селевин, — не стреляй в меня!
— Я очень метко стреляю!
— Лучше покажи свои умения на Ларе!
Она в это время летела все выше и выше, но террористы не собирались отставать. Малфек перестал бесполезно стрелять в ее силовой щит, на турбо режиме он догнал и попробовал схватить ее за ногу, но силовой щит не дал этого. Разъяренный, он обогнал и выстрелил ей в лицо разрывной гранатой. Ударная волна отбросила Лару в низ, а чемодан в сторону. Селевин схватил чемодан и полетел вниз изо всех сил. Генри, увидев проблему, включил на артфоне разрядную волну, телепортировался спереди Селевина и запустил ее. Круглая волна вывела из строя их ранцы. Падая, в глазах Селевина появился панический страх, он прижал чемодан руками к телу и перестал думать. Около них появился Рыцарь. Его золотые латы ослепили всем глаза. Не успев удивиться, их всех телепортировали на десять метров над землей, фиолетовый луч резко остановил падающие тела в воздухе. Они осторожно опустились на траву. Рыцарь первый приземлился на землю, подошел к лежащему телу Селевина и свободно взял чемодан.
— Хорошая работа Генрих, — прогремел басист голос, — и ты Лара стараешься как можешь.
— Что с ними? — Генри подошел к лежащим телам Мефория и Селевина не боясь главного врага.
— Их артфоны не защитили от инерции как вас, поэтому они будут еще пару часов в коме. — Рыцарь повернул свой шлем в сторону Лары, — я заберу кристалл на некоторое время, все остальные кристаллы вам отдадут, а тела террористов заберут ЗЧМ.
В поле повсюду стали появляться солдаты в черной униформе. Дюжина людей забрали тела, и исчезли вместе с Рыцарем.
— Что это было?! — выкрикнул Генри.
— Ты сам видел. — Лара на артфоне включила «облачное сохранения» и достала огромный шатер.
— Э… Лара ты что делаешь? Неужели в этом поле хочешь остаться?
— Здесь тихо и спокойно.
Когда палатка надулся, она первая зашла внутрь.
— А если я случайно сделаю дырку? — хитро спросил Генри заходя в палатку.
— Этот материал только пулей возможно пробить, — Лара встала по середине, положила артфон на пол и, перед ней появились два зеленых кресла со столом, — садись, сейчас будем рассуждать, что делать дальше.
— Я не верю, что Рыцарь отдаст нам два кристалла.
— Вертолет и танк, что мы взорвали, были из нашего гаража.
— Ой, хочешь меня за плохо сделанные ловушки поругать?
— Забудь об этом, я боюсь, что они могли забрать кристалл из нашей базы. — Услышав сильный ветер, Лара быстро обернулась, готовясь к бою.
— Нет, кристалл очень хорошо спрятан.
— Даже с этим кристаллом, у нас только один, а надо еще три.
— Келзей… — Генри обрадовался от правильного проговаривания этого имени. — Кэл уже по любому нас на базе ждет с красным кристаллом.
— Но еще один у ЗЧМ, вот мы и приехали. Будем надеяться, что Рыцарь нам даст все кристаллы. — Лара достала белый завернутый пергамент из рюкзака.
— Точно, я уже совсем о нем забыл.
— Это наша последняя надежда, — она развернула сверток:
— Опять рифмованные загадки. — Генри выдохнув, чтобы не закричать, — как я их ненавижу.
