Марк зашел за стойку, бросил на нее поднос, затем сорвал с пояса чистый, выглаженный фартук и швырнул его под ноги.
- Солдафонщина донимает? - не отрываясь от нарезки кровяной колбасы, спросил Пинто.
- Да. - Марк уставился в угол зала, где стражники до сих пор тыкали в него пальцами и смеялись.
- Ты поставил их на место? - теперь Пинто смотрел на него в упор. - Вижу, что нет. Мой тебе дружеский совет: никому не позволяй вытирать об себя ноги. Иначе сам не заметишь, как это начнут делать и другие.
- А как же правила?
- Грош цена всем правилам, если ты потерял уважение людей. Я тоже был молодым, и тоже думал, что меня никто не тронет, если буду сидеть тихо-мирно. Пока такие твари, как твои новые знакомые, не прижали меня к стене, решив посмотреть, сколько зубов у меня вылетит с одного удара. Двух передних я лишился, но нос одному из них сломал. Не знаю, чем бы кончилось, но тут подоспел их командир. Он нас и разнял. Зато с тех пор ни одна падаль ко мне не совалась. Знали, что я себя в обиду не дам. Да и люди стали относиться им мне дружелюбнее. Вот что значит уважение, смекаешь?
Пинто вернулся к колбасе, а когда закончил, вдруг крикнул на весь зал:
- Господа стражники, у меня имеется, что вам сказать. Не будете ли вы столь любезны подойти ко мне? Все трое.
Наверное, стражники решили, что их ждет долгожданная забава. Они не спеша поднялись, шумно отодвигая стулья, затем все так же вальяжно двинулись к стойке. Один из них сильно качнулся, чуть не опрокинув соседний стол.
Весь зал замер в ожидании. Марк чувствовал ощутимое напряжение, разлившееся по заведению. Один лишь Пинто спокойно дожидался, пока гвардейцы проберутся мимо тесно расставленных столов, больше половины которых были заняты посетителями.
- Ну? - буркнул стражник с выпирающим животом, которому бы позавидовал любой обжора. По бокам от него остановились крупный верзила и еле держащийся на ногах молодой парень, вынужденный ухватиться за товарища, чтобы не упасть.
В руке у трактирщика появился миниатюрный арбалет, прятавшийся до этого под стойкой.
- С вас двойная плата, ребят, - спокойно выдал он.
- Это еще почему? - возмутился верзила, которого и звали Рэмом.
- Не будете в следующий раз обижать моих работников.
- Мы гвардейцы, мать твою! - вскинулся пузатый, несмотря на то, что к королевской гвардии они не имели никакого отношения. - Да ты знаешь, что с тобой будет?
- Гвардейцы? - усмехнулся трактирщик. - Вот и ведите себя, как гвардейцы, а не как свиньи. Здесь вам не скотный двор.
- Чего-о? - верзила смело шагнул вперед, и кончик арбалета тут же нацелился ему в брюхо, едва не уткнувшись в серо-синий мундир.
- Я говорю - платите и выматывайтесь. Нечего людям мешать.
- Что, наша девочка нажаловалась папочке? - пузатый понял, что тут ему уже ничего не светит, и решил отыграться на Марке.
- Не боишься без зубов остаться? - неуклюже парировал парень, но и этого вполне хватило.
- Вы платить собираетесь? - трактирщик старался подвести диалог к концу.
- На, подавись, - пузатый кинул на стойку несколько медяков и потопал к выходу, по пути опрокинув пару стульев. Его дружки двинулись следом. На "гвардейцев" по-прежнему никто не смотрел.
Пинто разрядил арбалет и пояснил:
- Против таких героев нужен весомый аргумент. Потому что трое на одного они слишком храбрые, пока им ничего не угрожает.
- А ты не боишься, что они вернутся? - спросил Марк.
- Они возвращаются по нескольку раз на неделе. Не именно эти трое, мелькают в трактире и другие лица. И все они приходят сюда, чтобы поесть и выпить. Я не нарушаю законов, и стражники ничего мне не сделают. К тому же, им придется ходить к другой кормушке, а до ближайшей таверны несколько кварталов. Стражникам невыгодно сажать меня под замок.
Он хлопнул Марка по плечу.
- Не боись, тебя они больше не тронут.
- Я и не боюсь, - улыбнулся парень. - Если ты не боишься, то и мне нечего опасаться.
- Тогда давай за работу.
- Хорошо. Только к двенадцати часам дня мне нужно будет отлучиться.
- Нужно, так нужно, - пожал плечами трактирщик и потянулся за новой порцией кровяной колбасы.
В полдень Марк уже сидел в кресле напротив хозяина дома. В комнате ничего не изменилось, лишь камзол на бароне был не бархатно-зеленого, а сочного красного цвета.
- На чем мы вчера остановились? - попросил напомнить Миллок.
- Вы хотели предложить мне нечто более весомое, чем пятьдесят золотых за ключ.
Барон окинул взглядом молодого парнишку, пожевал губами.
- Так вы согласны работать на меня? Вместе со мной?
- Я же уже согласился, - осторожно начал Марк. - Только до сих пор не знаю, на что именно.
- Ну да, ну да, - пробормотал Миллок. - Выглядел он заспанным, взъерошенным, и немного растерянным. - Я как следует изучил вашу находку, возился с ней почти до утра. Это тот самый ключ, который отпирает эту сволочную дверь! Вы понимаете?
- Нет, - честно ответил Марк.
Барон вскочил с кресла и принялся бегать по комнате, похожий на спелый помидор на коротеньких ножках.
- Надо бы вам рассказать... Но с чего же начать?
