— Забыл? Вот ты тютя, студент, — хохотнул красномордый, — ладно, Нинка добрая, войдёт в положение. Но и сдачу придётся ей оставить. На чай. Хе-хе… Чё замер то? Деньги доставай!
— Ты, Гриня, меня за полного лоха-то не держи, — я крепко сжал плечо мужика, отчего тот скривился, слегка присев, и с изумлением уставился на мою руку. И то диво: худой парнишка, вдвое меньше по комплекции его самого, а плечо словно железные тиски сжали, — к продавщице вместе пойдём. Да не грусти, не обману. Вот они, талоны-то, — я повертел у него перед лицом тремя зажатыми в пальцах талонами.
— Тады айда за мной, студент. Обойдём с заднего двора.
Мы и правда прошли немного по переулку, свернув за угол жилого дома, на первом этаже которого располагался гастроном. Нырнув за Гриней в один из жилых подъездов, я оказался перед железной дверью, крашеной суриком.
— Нинон! Отворяй, цыпа! Это Гриня! — не откладывая резину в долгий ящик, красномордый забарабанил в дверь. Ждать пришлось недолго.
Дверь резко отворилась — Гриня едва успел отскочить, как в проём внушительным дебаркадером вплыла, судя по грязно-белому халату та самая Нинон.
— Ну? — почти без выражения выплюнула продавщица, упёршись в нас маленькими глазками и насупив монобровь. Гриня зайчиком подскочил к ней и что-то затараторил в розовое ушко с мою ладонь величиной.
— …три бутылки, — я разобрал только окончание фразы красномордого.
— Талоны, — протянула неожиданно маленькую ладошку Нинон, в которую не без трепета вложил три талона, — ждите! — дверь с лязгом захлопнулась, положив начало моим смутным сомнениям.
Но волновался я, как оказалось, зря. Уже через несколько минут владычица гастронома «Родник» появилась снова с прижатыми левой рукой груди заветными бутылками.
— Деньги! — я передал через Гриню две красненьких купюры, к которым тот присовокупил свои сбережения. Нинон внимательно пересчитала купюры. — Тут всего рупь с гривной лишку. Мало, — в голосе продавщицы наконец прорезались какие-то эмоции. Я вопросительно глянул на Гриню. Тот в ответ растерянно пожал плечами. Похоже, мой Вергилий в мир нелегальной торговли не владел актуальной информацией и напутал с конъюнктурой, с-сука... Надо было как-то спасать положение. Стратегический запас водки заменить было нечем.
— Уважаемая, Нина. Денег больше нет. Но нельзя ли в качестве доплаты взять талон на табак? — я постарался вложить в просьбу всё своё нынешнее обаяние молодости.
— Давай, — почти не раздумывая, протянула свою ладошку продавщица, в которую я, слегка задержавшись, выложил из гаманка необходимую бумажку. За что и был немедленно вознаграждён всеми тремя бутылками «Русской». Дверка захлопнулась.
— Держи, — протянул я одну бутылку краснорожему, которую тот тут же определил за пазуху, — хотя, по совести сказать, подставил ты меня, Гриня.
— Прости, студент, но ещё вчера цены были другие. Видать, инфлякция, — пробурчал алкаш.
— Ладно, иди уже, экономист херов.
Уже сидя в мерно покачивавшемся на неровностях асфальта троллейбусе я мысленно посмеялся над ситуацией. И то сказать: обычная покупка водки превратилась в небольшое приключение. В итоге я до декабря остался без талонов на водку и покупать её родимую, что для стратегических нужд, что ради банального пьянства придётся уже втридорога. Да к тому же пришлось отдать один из трёх талонов на сигареты. Я-то не курю, но всё же какая-никакая, а валюта. В реальности тотального дефицита порою ценнее денег.
Эрго — пахать и пахать, шевелить ушками и всем, чем одарил анавра Веер Миров, чтобы обеспечить оперативный простор. Чем, собственно и займусь. Вот только доеду до места.
К хорошему человек привыкает удивительно быстро — этот банальнейший постулат приходил мне на ум по пути к железнодорожному вокзалу не один раз. Только человек, живущий в эпоху, когда транспортная проблема претерпела множество вариантов решений, может по достоинству оценить моё нарастающее к концу пути нетерпение.
Никаких тебе пробок, расстояние, которое я бы пробежал за четверть часа, я преодолевал на этом комфортабельном передвижном сарае минут сорок, не меньше. Романтическая ретропоездка подтолкнула меня к мысли заиметь личный транспорт. Пораскинув мозгами, я решил пока не торопиться. Если в дневное время бегущий человек невольно привлекает внимание, то ночью всё гораздо проще. А с моей выносливостью я смогу передвигаться в нашем городке во многих случаях значительно быстрее, чем любой из автомобилей.
