- И продуктов с вещами больше. - заметил Хорав.
- И продуктов с вещами больше. - повторил Злыня, с недоверием посмотрев на выпавшие сорок очков Черногоря. - и увеселительных заведений больше... Ну и что с того? Денег у меня всё равно нет. А мы, по сути, сейчас от них и зависим.
- В том-то и дело, что только от них. - заметил Черногоре, передавая стакан Тёмногоню. - А не от всякого дерьма, типа статуса там, племени, социального класса и прочего.
- Расскажи это какому-нибудь бродяге, или бездомному, который не знает, как заработать денег. Раньше его Братство бы куда-то да устроило. - вмешался Дубобит. - А сейчас он помрёт. Да и свобода тоже двоякая, так сказать, со всей этой толерантностью к вере. Если я скажу, что ваш бог - хрен с горы, то меня сразу камнями закидают племенные и жрецы. А раньше - говори про бога, что хочешь.
- Так раньше люди Братства в принципе тусили только между собой. Понятное дело, что вы не можете друг друга обидеть, ведь у вас одна религия. Да и плюс ко всему, разве раньше ты мог, будучи подданным Братства, сказать, например, что любишь Метал-Бога? Или что этих богов несколько? Или что никаких богов вообще-то и нет... - я взял стакан, который мне протянул Тёмногонь, одновременно записывая свои пятнадцать очков на бумагу, затем закинул туда кубооктаэдры.
- Не, так это же не мешает лично твоей свободе. Ты просто веришь в то, во что веришь. А навязывать или доказывать другим свою веру - это уже не свобода, а игра твоего эго. - Тёмногонь дорисовал свой столбик и дал мне всё для письма.
Кубооктаэдр из кости выдал двадцать один, золотой блестел шестнадцатью, а из камня докинул четвёрку. Сорок один. Неприятное число. Хорошо что это лишь первый бросок.
- А я слышал, что в Вечевом Совете на обоих уровнях идёт какая-то жёсткая борьба за власть. - Хорав бережно взял свой любимый стаканчик.
- Да, там сейчас Кривжа Стальский со своими приятелями детства пытается заполучить большинство голосов согласия в Совете и в Вече по поводу всех выдвижений и решений. - констатировал Злыня.
- Надеюсь, что Совместный Совет не позволит ему это провернуть. - Черногоре постучал пальцами по краю стола.
- Так в смысле? Если вдруг будут поползновения на укрепление власти, разве ваши народы не взбунтуются? - Тёмногонь елозил на стуле как топный змий на костре.
- Ну-у-у, что я говорил? Мой стакан приносит удачу. - Кости Хорава смотрели на него двумя восемнадцатыми и одной двадцать четвёркой.
- Это только первый бросок, парень, рано радоваться. - Дубобит недовольно выхватил стакан у земляка и хмуро посмотрел на свои кости.
- Да просто наши народы не то чтобы были такими активными в плане политики, как ваши рокеры. Тем более после потрясений, последующих за сменой власти, им больше важна стабильность. - Черногоре нервно потирал ладони рук об колени, постоянно высматривая официантку и что-то бубня себе под нос.
- Так а я не понял, у вас же там Король Рок-н-ролла, ну типа монархия там, не? - Хорав с довольной улыбкой записывал шестьдесят очков.
- Да наш Король просто для виду сидит. Ну типа для имиджа, знаешь. Как дань традициям. А так у нас всё решает Парламент Звуков, который избирается через народное голосование.
- Да, зато из-за такой системы есть целая неблагополучная область панков, ультраконсервативные роккабилисты и вечно торчащие психоделисты. - Дубобит разбавил свою мысль нервным ударом по столу и ругательствами, увидев число «девятнадцать» на своих кубиках.
- Ну слушай, во-первых, у нас большая территория с кучей разных культур. - Тёмногонь то грыз свои ногти, то перебирал с ноги на ногу, то постукивал ладонями по столу. - Во-вторых, ну как... у нас поступательная политика. Всё потихонечку, понемногу развивается, преобразовывается. Не всё же сразу должно быть хорошо.
- Да, но только ваша система, в которой всё решает монеты да ярмарки, в принципе не может прийти к тому, чтобы все жили хорошо.
- А с чего бы все должны жить хорошо? Все поголовно не могут жить хорошо, это утопия.
- Не, ну вот раньше как в Братстве было? Все в городе или селении друг другу помогали, один выковал мечельбу, отдал другому, а тот в обмен обул семью кузнеца, а мечельбу отдал пекарю, который обеспечил запасами еды мастера по обуви и так далее.
Злыня со счётом в тридцать пять очков передал Черногорю стакан.
