Татуированный достал из-за спины короткий кинжал-заточку и резким выпадом из-за спин кабана и мелкого попытался достать острием до Дубобита. Дубобит оттянул назад живот. Мелкий шкет, успевший надеть стальную перчатку на руку, замахнулся кулаком, пытаясь попасть по лицу наклонившегося Дубобита, но тот немного несуразно оттолкнулся, влетев макушкой головы прямо в нос противника. Черногоре одной рукой удержал Дубобита от падения, а другой с трудом блокировал летящий в его глаз кулак кабана. Второй удар по челюсти Черногоре пропустил и качнулся в сторону. Тем временем к Дубобиту, удержавшемуся на ногах, уже подлетал ублюдок со стальной палкой. Я успел среагировать и всем весом навалился на нападавшего, но, не рассчитав силу, мы повалились на пол. Татуированный, стоящий рядом с нами, не успел что-либо предпринять, так как уже вопил от боли, и схавтился за Смугра, впившегося когтями в его лицо по приказу Злыни. Одноглазый копошился, пытаясь что-то вытащить из своей поясной сумки, и отошёл в сторону от всей этой ситуации. Длинный тем временем цепью выбил нацеленный на него пистоль Тёмногоня, но наш рокер успел другой рукой схватиться за эту цепь, потянуть врага на себя, и врезать коленом с медной вставкой на штанине по летящему прямиком на него лицу. Тем временем Черногоре, всё дальше и дальше отходя от, видимо, достаточно мощных даже для него, быстрых ударов кабана, после выпавшего зуба и полившейся изо рта крови резко зарычал, входя в режим неистовства, который включался у вольфрамовцев при чрезмерной боли, блокировал один из ударов и в связке наступил кабану на ногу, затем ударил прямиком в лоб. Даже лёжа на полу и попеременно то нанося, то получая удары, я услышал хруст черепа у нападавшего. На мои волосы капала кровь с лица татуированного, и стекала на глаза и в рот моему противнику. Одноглазый наконец достал из сумки самодельный мини-секачет, поднял голову, но его глаза встретились с глазами влетевшего в него шкета, которого запустил Дубобит. Тёмногонь тем временем кричал, то посматривая на два сломанных пальца, то на удерживаемую голову длинного, чтобы правильно продолжать наносить удары медной пластиной на колене. Хорав тем временем пытался оттянуть Черногоре, который уже сидел на кабане и постепенно превращал его лицо в кровавую кашу. Мужик с палкой, которая уже укатилась куда-то, старался дотянуться до упавшего кинжала-заточки, откинув меня в сторону. Я цеплялся всеми силами и оттягивал его на себя. Благо сам татуированный случайно оттолкнул ногой своё оружие, поэтому маргинал начал пинать меня куда только мог. Тем временем Дубобит подал знак Злыне и, как только Смугр отстал от лица, вложил всю свою злобу и обиду в кулак и одним ударом вырубил татуированного, затем ударом ноги вырубил одноглазого, лежащего на полу, и, напоследок, со всей дури пнул мелкого. Тот блеванул кровью прямо на лицо моему противнику. Я, воспользовавшись моментом, перегруппировался и, приняв удобную позицию, просто стал стучать его головой о деревянный пол. Кабан, тем временем, умудрился залететь Черногорю по уху и откинуть в сторону Тёмногоня, который от такой подсечки потерял равновесие и упал на Черногоре. Длинный, лицо которого всё заплыло, также зарычал и начал со всей дури лупить цепью по спине Тёмногоня и по Черногорю, куда попадёт. Услышав шаги сзади, он хлёстом махнул назад, порвав Дубобиту щёку. Хорав тем временем пытался удерживать на полу рычащего кабана, метя по лицу и горлу, но тот выгадал момент и двумя руками откинул нашего друга и быстро встал. Мой враг вытащил из под себя руку и ударил меня по ноге, чуть не сломав колено. Этот удар отозвался судорогой по всему телу, чем воспользовался противник и одним ударом локтя по лицу скинул меня с себя. Упав на пол, я также встретил два быстрых и очень тяжёлых удара ногой по спине и почкам. Третий удар, летящий в голову, мог бы стать последним, если бы меня снова не спас Злыня со своим Смугром, который точным ударом клюва выколол глаз кабана. Тот заверещал и попятился назад, размахивая ногами и руками вокруг своей оси. Мой же бывший соперник быстро встал и сцепился с Дубобитом, давая возможность длинному избивать цепью лежащих Тёмногоня и Черногоре. У меня уже всё плыло, я не имел такой врождённой способности неистовства, как у Братьев Вольфрама. Зато по моему телу проходило электричество, которое я не мог вылить вовне, но мог встряхнуть своё тело. Что я, собственно, и сделал, нажав на особый клапан в боку, который бил небольшим количеством тока мой организм, вызывая тем самым прилив адреналина. Резко встал, осмотрелся. В глазах меньше двоилось, так что я смог распознать всю картину. Дубобит обменивался ударами с моим соперником, отойдя к столику, где сидели, периодически попивая скульку, ошарашенные посетители. Злыня стоял поодаль с закатанными глазами, Смугр летал вокруг ещё державшегося кабана, отвлекая его и пытаясь либо выколоть второй глаз, либо попасть в уже пустую глазницу. Хорав был в отрубе, ударился головой, слегка истекавшей кровью, о барную стойку. Тёмногонь тоже был без сознания от такого количества ударов цепей. Черногоре оттолкнул друга, принимая все удары на себя и пытаясь встать. Я огляделся и увидел закатившийся под стол прут.
