–Это будет точно не сегодня. Мы торопимся с Жанной, – Тарасов встал с дивана и протянул руку Президенту, – более точные характеристики я предлагаю обсудить позже. Теперь я приеду в Крым. Как только позовете меня. Готов вливать деньги уже не следующей недели, – Вячеслав Викторович приобнял Разумовскую, – так что? Вы точно не хотите присоединиться к нам?
–Точно. Мне надо вылетать в Крым. Нас ждут великие дела! – Президент улыбнулся Тарасову, – Кирилл Вас пригласить в самое ближайшее время. И кстати, я совсем не против дать еще одно интервью Жанне, – Константин обратился к Разумовской.
– Сейчас не время. У нас большое интервью с Еленой Кожевниковой. Многие уверенны в том, что она станет главой государства после Учредительного Собрания, – склонив голову на бок, сказала Жанна, – удачного Вам полета. Передавайте привет Кириллу.
После этой фразы Тарасов с Разумовской развернулись и направились к стеклянной двери. Президент смотрел на них, а внутри него бушевало чувство презрения к этим людям. Он вышел в след, проводил автомобиль глазами и направился обратно в дом, где, прижавшись к стеклу, долго смотрел на море. Оторвала его домработница дома Тарасова, которая предложила выпить.
– Нет, спасибо! А Вам посоветую выпить здешнего дорогого вина. Ведь скоро этот дом утонет. И никто не найдет его следов, – произнес тихо Президент и улыбнулся горничной.
Глава 20
Севастополь
– Я ценю то, что каждый из Вас может быстро откликнуться. Это крайне важно для построения общего государства. Благодарю Вас, – так начал свою речь Президент перед членами Конфедерации, – как Вы знаете, Совет Безопасности ООН не одобрил вынесенное предложение о проведении силовой операции в Московии и попросил нас найти другие способы влияния на славянистов…
– Позволю себе перебить Вас, – вступила Кожевникова, – для нас резолюция ООН не является обязательной для исполнения. Решение о вводе войск было поддержано большинством при помощи выборов. Как ООН может контролировать нас, не зная толком, что происходит у наших границ.
– Спасибо за ремарку, – Константин наклонил голову, – но после проведения Вами силовой операции в Сибири и на Дальнем Востоке не спросить ООН было бы странным. Вы же сами виноваты в этом.
– Я считаю, что тогда помогла установить контроль над государством. Была бы моя воля, сегодня мы не проводили это собрание. Московия давно была бы частью Единой Конфедерации, – повысила голос Кожевникова.
– Мы не будем работать на эмоциях, – резко и грубо ответил Президент после некоторого молчания, – мы работаем на единую цель. Моей подписи под военной интервенцией не будет. На документе должна быть моя подпись, а не Ваша.
– Позвольте мне сказать, – в спор вмешался Руслан Романович, которого было плохо слышно по микрофону – я считаю, что мы зашли в тупик из-за вашего стиля управления, Президент.
– О чем Вы говорите? – Константин в один момент загорелся.
– Вы не хотите работать с нами. С Вашими коллегами. Мы говорим свое мнение, а получаем взамен неуважение. Вы принимаете решение, будто Константин Конин не Президент, а Фараон. Нет демократии в том, что Вы зовете Демократией. Уж извините, но накипело…
– Я сказал Вам, что эмоции стоит отбросить в сторону. Мы обсуждаем совершенно иной вопрос, – обстановка в комнате переговоров накалялась.
– Президент, я хочу вынести на обсуждение вопрос о доверии Вам, – громко сказал Лобов. Константин ощутил удар по вискам. Никто не ожидал, что обыкновенное собрание превратится в процесс деления власти.
– Вы можете вынести любой вопрос. Но я хочу напомнить, что являюсь действующим Президентом до момента, пока не будет созвано Учредительное Собрание. Только перед ним я сложу свои полномочия.
– Хорошо, но Вы это сделаете не сегодня. Сейчас мы обсуждаем вопрос о действиях, направленных на преодоление кризиса в Московии. Ваше предложение никаким образом не повлияет на разрешение ситуации. Я ведь прав? – Константин говорил монотонно.
– Тогда я не вижу смысла в продолжение сегодняшнего заседания. Я отключаюсь, – сказал Лобов и пропал с большого экрана.
– У кого-то еще есть надуманные предложения, которые надо решить именно в эту минуту, – спросил Президент, смотря на Кожевникову. Члены Совета переглянулись между собой. Те, кто соединялся посредством видеоконференции, промолчали.
– Мы продолжаем. Мы, как и все мировое сообщество, не разделяем позиции, что необходимо применять силу для решения проблем в Москве. Мной было дано поручение Кириллу Высокину, чтобы он нашел человека, с которым можно сотрудничать в Московии. Передаю слово Помощнику Президента Кириллу Александровичу.
