– Московия передает под нашу юрисдикцию Белослава Салнцева, чтобы мы организовали суд над ним. Передача состоится сегодня в 5 часов утра на границе. Мы будем следить за ней по онлайн-трансляции. С Белославом нам передадут еще несколько человек, которых незаконно удерживали в тюрьмах. Ваше ведомство должно подготовить все необходимое, чтобы проверить их и отправить в реабилитационные центры, если необходимо, – Президент говорил быстро, ему нравилась речь, ее содержание.
– Что Вы планируете делать с Солнцевым? Отдать его под суд мирового сообщества ли судить здесь, в Конфедерации? – Елена была взволнована данным фактом.
– Я не определился еще с решением, – Константин скрестил руки на груди.
– Если Вам интересно мое мнение, его нужно судить здесь, у нас, – Елена сказала фразу громко и жестко, – понимаете, Новгородцев не так просто отправляет нам Солнцева. Это какой-то план, и нельзя отдать Белослава, пока мы не узнаем, в чем он состоит.
– Спасибо за комментарии, я приму их к сведению. Сейчас прошу подготовиться к передаче. К 5 часам утра должно быть все готово, доложите мне о мероприятиях в 3 ночи. Нас ждет долгая и плодотворная ночь, – Константин развернулся и сел в кресло, исподлобья посмотрев на Елену. Кожевникова встала, взяла бумаги, которые ей передал Президент, и быстрым шагом направилась к двери. Как только она покинула комнату, Константин набрал номер на телефоне и поднес его к уху.
– Добрый вечер, Вячеслав Викторович, – произнес Президент, приветствуя Тарасова и смотря в монитор, – извините, что звоню так поздно. Просто накопилось много работы.... Нам нужно с Вами в ближайшее время встретиться и переговорить по поводу дальнейших шагов… Я расчистил нам путь. Приезжайте как можно раньше в Севастополь… Скоро Вы увидите настоящую политику…Я буду ждать звонка… Для Вас я всегда найду время.., – Президент положил трубку и сморщил лицо. Ему самому стало противно от того, каким приторным голосом он говорил с Тарасовым. Константин еще немного посидел перед монитором, уставившись в одну точку и представляя, как он топит в море Тарасова. Затем он выключил монитор и откинулся в кресле, закрыв глаза.
***
На улице было темно, только на востоке начинало зарождаться солнце. Багряная полоса протянулась длинной нитью по черному небу. Ветер, зарождающийся над рекой, ласкал холодным дыханием плечи Олеси. Она стояла неподвижно и смотрела в туманный горизонт. Около нее стояли еще четыре мужчины, трех из которых она не знала. Но когда увидела одного из них, все существо вскипело ненавистью. Рядом с ней стоял Белослав Солнцев, сгорбленный и склоненный к земле. Он не поднимал глаз, смотря только вниз, себе под ноги.
Позади них стояли люди в форме, в руках которых было оружие, направленное в спины. Напряжение от ружьев чувствовалось телом, непроизвольно бросая его то в холод, то в жар.
Впереди них стоял мужчина, в правой руке державший рацию. Каждую минуту он подносил ее ко рту, что-то тихо бормотал, затем подносил к уху, но кроме шипения Олеся не могла ничего уловить.
– Внимание, внимание! Приготовиться! Первый пошел, – громко скомандовал голос в рации, призывая к действию.
Мужчина указал на молодого человека, стоявшего по правую руку от Олеси, и он неуверенно двинулся вперед, скрываясь в серости тумана. Мгновение – и туман его совсем поглотил.
– Отлично, первый перешел границу, находится на территории Конфедерации, – стальным тоном произнесла рация.
– Внимание, внимание! Приготовиться! Передаем второго!
Все тот же мужчина, стоявший впереди, указал на следующего, и он быстрым шагом направился навстречу туману, который неизвестно что скрывал. Вначале виден был силуэт, затем слышны были шаги, доносящиеся из глубины сумерек.
– Второй передан, приготовьтесь к передаче третьего, – сказал равнодушно голос в рации.
И вновь повторился тот же сценарий. Тот же мужчина, указательным пальцем показывающий на следующего человека, которому необходимо перейти мост. Та же тень, скрывающаяся в тумане. Те же легкие шаги. И тот же холодный ветер.
Как только третий парень перешел мост, над Олесей раздался гром и заморосил мелкий дождь. Проходила минута за минутой, но рация преступным образом молчала, заставляя дрожать от холода. Мужчина смотрел на нее и стыдливо отводил глаза.
Они стояли вдвоем: Олеся и Белослав. Олеся смотрела вдаль, пытаясь понять, что происходит там, во мгле. Белослав же опустил голову набок и потупил взгляд.
***
Президент сидел по центру стола. Напротив него на большом экране транслировалось то, что происходило на границе между Московией и Конфедерацией. Он был совершенно спокоен, несколько раз зевал, поглядывая периодически на Кирилла.
Елена, сидевшая по левую руку от Константина, утомилась от ночи, которая длилась для нее бесконечно. Она руководила данной операцией, держа в руке мобильный телефон, периодически отдавая приказы. Кожевникова не отводила взгляда от экрана, только быстро моргала, чтобы не пропустить ни одну деталь утреннего действия. Она спрашивала Президента, какую очередность соблюдать, кто пойдет первым, а кто – последним.
