- И мы до сих пор ничего о нём не знаем. Кто он, откуда? Когда ему нужна поддержка, он сразу вспоминает, что нас объединяют общие идеи. Но раз так - мог бы и рассказать о себе хотя бы что-то!
- Мы знаем, что он гениален. И этого достаточно... В его силы я верю больше, чем в свои.
Внезапно на душе у Фаара почему-то стало очень легко. Как будто она наполнилась дуновением весеннего ветра, который сквозит по утрам над озёрами в окрестностях горы Лаатариа.
- Значит, мы отправляемся на Землю, да, Киэн?
- А как ты думаешь?
- Думаю - да.
***
- Что он ищет, Киэн? Я не понимаю...
Поначалу все трое, Фаар, Киэн и Лии, следили за видеорядом, который возникал в прямопоточном поле. Система наблюдения "Ниау", корабля Фаара, находила на поверхности планеты территории, соответствующие заданным параметрам, и передавала изображение в режиме реального времени. Задание было - отыскивать поселения людей. За последние часы перед глазами гио промелькнуло столько построек из глины, камней, дерева, шкур животных, столько деревенских улиц, засеянных полей, пасущихся стад, и столько лиц - странных, непривычных человеческих лиц - что в сознании всё это начало сливаться в какую-то сплошную массу. Первым не выдержал и отошёл от поля прямого потока Фаар. Вскоре утомился и Киэн. Но Лии не отрывал от мелькающих картин напряжённого взгляда, как будто боялся пропустить что-то важное.
- Мы можем выбрать любое поселение из тех, что выглядят наиболее цивилизованными. Но Лии нужно непонятно что...
- Мне не хватает человека, который... - не обращая внимания на двоих старших товарищей, бормотал Лии. - Пока не хватает. Нужен человек, который...
Внезапно "бормотание" - приглушённый мыслезнаковый фон - нарушилось "выкриком":
- Вот оно! Он! Этот человек!
Фаар и Киэн вернулись к прямопоточному полю.
13. Вор
Керамическая миска выскользнула из неловких рук старика, упала и разбилась вдребезги. Лежавшие в ней шарики, скатанные из глины, разлетелись в разные стороны.
- Вот ведь беда какая, - заворчал старик. - Верно говорят: больше богатства - больше хлопот. Так мы и до ночи не сосчитаем, сколько скотины было у вашего дяди... То есть, сколько теперь прибавилось у нас.
- Вот это и главное, что прибавилось, - заметил Мэс. - А сосчитать всегда успеем. Апту, подбери...
Мэс собрался сказать "подбери шарики", но Апту уже и без того принялся их собирать. Искоса глянул на брата, хотел промолчать, но всё же заметил:
- Тебе стоило бы поменьше радоваться. Не чужой человек умер, а родственник.
- При жизни я от него добра не видел, - пожал плечами Мэс.
Апту ожидал, что отец возразит Мэсу, но тот вместо этого поторопил:
- Давайте-ка, за дело. Значит, здесь у нас был ещё десяток овец... - он протянул руку, ожидая, что Апту высыплет в неё собранные шарики. - Мэс, сходи-ка, принеси другую миску.
Мэс ушёл в дом.
- Ну же, Апту...
Старик нетерпеливо тронул сына за плечо, но тот продолжал неподвижно стоять, напряжённо глядя на свой кулак, в котором были зажаты глиняные шарики.
- Спишь наяву, что ли?
- Подожди, отец, - встрепенулся тот. - Я кое-что придумал. Сейчас нам не нужны будут для счёта ни миски, ни шарики.
- Да как это - не нужны? Должны мы знать, сколько у нас имущества, или нет?
- Подожди... сейчас...
Апту оглянулся по сторонам, ища то, с помощью чего смог бы объяснить мысль, внезапно пришедшую ему в голову. Схватил кувшин, из которого они недавно утоляли жажду, и выплеснул остатки воды. Потом отыскал продолговатый камешек, заострённый с одного конца, и принялся чертить на влажной земле.
- Вот, смотри, - Апту нарисовал кружок. - Это наш шарик, который означает одну овцу. - Если я нарисую десять кружков - будет десяток овец. И не надо раскладывать по мискам настоящие шарики!
- Что-то я не пойму...
- Да всё же просто, отец! - под кружком Апту начертил треугольник. - Такими кусочками глины мы обозначаем быков, а такими, - за треугольником последовал квадрат, - коз. И всё это можно быстро нарисовать, чтобы не лепить значки из глины...
- А вдруг у кого-то быков и коз будет не столько, сколько у нас, а десятки десятков? Придётся рисовать слишком много!
- Не обязательно, - поразмыслив, ответил Апту. - Можно сделать, например, так, - и он изобразил короткую вертикальную черту и рядом с ней кружок.
- И что это такое?
- Черта будет значить десяток, а кружок - овцу. Получается - десяток овец.
- Ну, об этом будешь знать только ты. Если я захочу продать десяток овец, и покажу этот рисунок покупателю, он ничего не поймёт. Другое дело, если дам ему десять глиняных шариков. Он прибавит их к своим, в знак того, что его стадо стало больше на десяток.
- Просто нужно, чтобы об этом знал каждый... Надо подумать, как можно обозначать... всё.
- Глупости, - раздалось за их спинами. Оказывается, Мэс уже давно вернулся и слышал весь разговор.
- Почему - глупости? - нахмурился Апту.
- Да вот почему, - Мэс подошёл и ногой стёр всё, что начертил его брат. - Миску с шариками каждый может подержать в руках. А эти значки исчезнут после первого дождя.
Апту рассмеялся.
- Не вижу ничего смешного... - начал было Мэс.
