Заранее предвидя возможность такой демонстрации, Кони просил коменданта выпустить Веру Ивановну на Шпалерную улицу. Но этот выход оказался забит, и Засулич, забрав свои вещи из камеры предварительного заключения, появилась из главного подъезда. Новый взрыв ликования пронесся над толпой. Но уже появились усиленные наряды полиции. Раздалось несколько выстрелов. Один из молодых людей, то ли испугавшись ареста, то ли с целью отвлечь внимание полиции и дать время Засулич скрыться, застрелился. Друзья посадили Веру Ивановну в коляску и увезли на конспиративную квартиру. Это спасло террористку от нового ареста: министр юстиции уже отдал прокурору судебной палаты распоряжение взять ее под стражу. Такова была воля государя.
Через несколько дней Пален пригласил Кони и, предъявив ему обвинение «в целом ряде вопиющих нарушений», допущенных на суде, в оправдательном напутствии присяжным, «в потачках этому негодяю Александрову, в вызове свидетелей, чтобы опозорить Трепова», потребовал заявления об отставке.
— Уполномочьте меня доложить государю, что вы считаете себя виновным в оправдании Засулич и, сознавая свою вину, просите об увольнении от должности председателя, а?.. Государь оценит ваше сознание: он так благороден!
— Пусть меня увольняют, — ответил Кони, — ни на какие компромиссы я не согласен. На мне, судя по всему, должен разрешиться вопрос о несменяемости.
Это был «звездный час» в его жизни. Отказ подать в отставку навсегда поставил Кони в оппозицию к существующему строю. «Либерал», «красный» — отныне эти эпитеты постоянно мелькали рядом с его фамилией.
Из указа его императорского величества самодержца всероссийского из Правительствующего сената:
«С.-Петербургскому окружному суду:
…Есть многие существенные нарушения форм и обрядов судопроизводства, которые влекут за собою отмену приговора, но тем не менее не могут быть поставлены в особую вину лицам, допустившим оные, потому что касаются только одной внешней стороны отправления правосудия; другие же, напротив того, касаются самой сущности, смысла и цели, для которой отправляется правосудие, так что допущением их извращается вся сущность процесса. Нарушения последнего рода и были сделаны С.-Петербургским судом по делу Засулич. К судебному по этому делу заседанию были допущены судом, как видно из его обстоятельного рапорта, такие свидетели, посредством допроса которых «расследованы были обстоятельства, не соответствовавшие вовсе предмету дела и не разъяснившие мотива преступления, а явившиеся по отношению к делу, по которому Засулич была привлечена к ответственности, совершенно посторонними».
Имелись в виду свидетели защиты — очевидцы расправы с Боголюбовым. Кони, на основании того, что никто этого факта не отрицал, дал согласие на их вызов, так как по статье 567 Установлений Уголовного судопроизводства подсудимая имела право вызвать их на свой счет.
В 1924 году газета «Известия» напечатала сообщение своего корреспондента из Ленинграда о том, что там состоялись торжества в связи с 80-летием Анатолия Федоровича Кони. «Разыгран спектакль — изображение царского суда над «чиновником Кони» за участие в общественном и литературном движении.
Воспользуемся таким же приемом и представим себе судебное заседание, в котором рассматривается вопрос о том, был ли беспристрастным председатель суда Кони на процессе 31 марта 1878 года…
Председатель: — Слушается дело о сыне коллежского советника Анатолии Федоровиче Кони.
А. Ф. Кони, 34 лет, православный, статский советник. Имеет ордена: св. Анны 2-й степени, св. Станислава 2-й степени с императорской короной, св. Владимира 4-й степени. Председатель С.-Петербургского окружного суда. Имений ни родовых, ни благоприобретенных по имеет. Холост. Наказаниям и взысканиям, соединенным с ограничением в преимуществах по службе, не подвергался. Общественная деятельность: «Красный Крест», общество патроната над малолетними преступниками, выпущенными из тюрьмы.
Подлежит выяснению вопрос о том, выполнил ли Кони, председательствуя на процессе Засулич, свой долг беспристрастного судьи.
…Судебный пристав доложил, что все свидетели, как со стороны защиты, так и со стороны обвинения, явились.
Затем последовало образование «присутствия» присяжных заседателей.
После привода присяжных заседателей к присяге председатель обратился к ним со следующими словами:
— Если стороны не возражают, я хотел бы для того, чтобы ввести вас в атмосферу суда присяжных второй половины прошлого века, процитировать обращение Кони к присяжным на процессе Веры Засулич. В этой краткой речи выражен взгляд замечательного юриста на роль присяжных…
