– У вас очень красивый костюм. Позвольте полюбопытствовать, откуда?
– Далила катс.
– Ух ты! Кажется, в наше время, преподаватели хорошо получают.
– Это от спонсора. Я не ношу такое.
– А что носите?
– Лучше всего, ничего, если бы не холодно и не натирало.
– Как интересно. Я ознакомился с некоторыми вашими работами ещё в прошлом году? Не скажу, что это мой вкус. Откуда вы черпаете вдохновение?
– Я – экстраверт. Пишу, что вижу.
– Вы не похожи на экстраверта. Скорее наоборот.
– Но я действительно не могу сочинять, что в голову пришло. Я живу в обществе. В мире людей. И пишу о полученном опыте и виденной жизни.
– Ладно. В ваших книгах есть, так сказать, много ошибок. Почему вы, так сказать, обложенная шиком и состоящая в добротном сотрудничестве, не прибегаете к помощи хорошего редактора?
– У меня есть редакторы.
– Что-то незаметно.
И тут интервьюеру пришёл срочный звонок, так что опять пришлось взять небольшой тайм-аут.
По прошествии пяти минут, вопросник вернулся с расширенными порами, красный и помятый. Гримеру нашлась работа для обоих.
– Что ж Далила Птеровна, а теперь хотелось бы узнать где, когда, во сколько пройдёт мероприятие? Зрители хотят знать, что с собой можно приносить? Будет ли автограф- и фотосессия? Когда ждать новую книгу? Будет ли в ближайшее время обновления на вашей личной странице?
Она взяла свой блокнот и ответила по всем пунктам.
Внизу её ждал муж с большим тортом, купленным в её любимой кондитерской.
– Когда ты всё успеваешь?
– Здесь же недалеко.
– По-моему, я запорола.
– Да. Могло быть и лучше.
– Ты потребовал обратно деньги?
– Нет, добавил. Чтобы совести весу хватило.
– Они же всегда правы. Со стороны виднее. Я всегда представляю такие чудесные интервью, а на деле получается кака.
– Вот и напиши об этом в следующей книге.
– Я как Говард на толчке да?
– Ну, диалогов, скажем, у тебя немало.
– Че как Айсен успокоился?
– Придётся этого барина каждый день купать в травах. Может, поместить его обратно в какой-нибудь аквариум? Почему такие избалованные, не могу.
– Это проклятые гены старых дев.
– Уж на себе знаю, что поделаешь.
Он поцеловал её и они поехали домой.
Глава 84
Торт был двухярусный. Хрисанф снял верхнюю часть и сказал, что это им, а нижняя, большая – для сыновей и горничных.
Далила ничего не сказала и принялась за свои куски. Агний молча наблюдал за её молчанием, то есть жеванием и поглощением, потом отрезал самый большой красивый цветок с нижнего торта и положил на её блюдо.
– Я немного обидел мальчиков поэтому.
– Да ничего.
– И тебе не стоит переедать из-за того, что расстроилась.
– Я всегда переедаю. Если могу.
– Что правда то правда. Ты не обиделась, что торт не только для тебя?
– Может, внутренне надулась, но внешне старалась этого не показывать, пока ты не стал рефлексировать по тому, чего нет.
Хрисанф облизал крем, чуть размазавшийся вокруг её губ.
– Не хочешь спросить, что я опять натворил, пока тебя не было?
– Что ты успел натворить, пока меня не было.
– Это было вчера.
– То-то ночью кое-кто себя странно вёл.
– Тебе лучше не знать.
– Ну, Агний!
Он рассмеялся и принялся за свой кусок торта.
– И ещё. Если Айтал вдруг намылится с тобой беседовать, мошешь прогнать его.
Айтал понравился Далиле и она даже подумывала о том, что жаль, что они практически не видятся, хотя и живут в одном доме.
– Он – хороший мальчик.
– Мужчина. Вообще-то они ровесники Арсена.
– Ну и что. Ты их сам называешь: мальчики.
– Всё равно. Ты же знаешь, что он странно влияет на людей. Опять прослезится и придумает какую-нибудь душещипательную историю.
– Мне для моих книг пригодилось бы что-нибудь такое. Доброе и чистое.
– Во всяком случае, если я увижу его рядом с тобой, то уши ему повыдергаю.
Далила отставила ложечку и с минуту изучала лицо мужа. Он не выглядел раздраженным, но явно что-то хотел скрыть от неё.
– Ладно. Что и следовало ожидать от нашей ненормальной семьи. Только я хотела почувствовать себя на капельку не-супер-стервозной-злобной-мачехой и возможно наладить связь, хоть с одним из твоих сыновей, как всё возвратилось на круги своя.
Хрисанф отрезал ей ещё кусочек торта и вытащил из холодильника мороженое и холодный сок.
– Нет, дело не в тебе. К тому же сейчас у тебя совершенно нет времени на всякие такие глупости: дети, твоя диссертация, презентация книги, работа, курирование Арсена.
– Да Блять. Не напоминай даже.
Она хотело было раздражиться, перейти в злость и меланхолию, но что-то мысли были рассеянными: наверное, всё-таки беременность и материнство делали свое дело.
Она подсела к нему, взяла его ложечку для мороженого и стала есть вместе с ним.
– У меня во рту бактерия, Далила.
– Почему?
– Ну я же вожусь с детьми. У детей всегда куча бактерий.
– Поэтому нельзя есть с твоей ложки?
– Да.
– И целоваться нельзя?
– Нет.
– И всё остальное?
– Нет.
– Какая жалость.
Они стали целоваться. Потом она немного погладила его волосы.
– Агний, просто неприлично отросли.
– Одна что ли ты должна быть неприличной. Пусть у меня хоть волосы похардкорятся.
– Айнар с Айталом совсем другие. Не похожи на тебя.
– Уж, поверь, оказалось, что очень даже похожи. Из-за этого и был сыр-бор.
