– Ох, извините, – я смекнула, что допустила бестактность. – Для милиционеров слово «мусор», наверное, неприличное?
– Хороший был шарфик, – не слушая меня, с тоской произнес Черный, неотрывно глядя на урну. – Почти новый, я его и трех лет не поносил. И чего я его, дурак, по весне домой не отнес?
– Шарфик? Ваш шарфик?! – обескураженно ахнула я, сама себе напомнив Сову из мультика про Винни-Пуха: та с такой же интонацией восклицала: «Хвост? Твой хвост?!»
Смущенно хихикнув, я с размаху опустилась на кособокий стул и стала последней соломинкой, переломившей спину верблюда: стул, на котором сиживали, наверное, сотни граждан, тихо пискнул и развалился. Я оказалась на полу.
– Слава богу, успела лужу вытереть! – после паузы сказала я первое, что пришло в голову.
Переглянувшись в очередной раз, мужики молча подхватили меня под микитки и выволокли прочь из кабинете.
– Куда? За что? Что я такого сделала? – вися на плечах двух дюжих парней, я делала слабые попытки вырваться.
Почему-то мне взбрело в голову, что меня перебазируют в какое-нибудь специальное помещение с зарешеченными окнами. Глядишь, еще впаяют суток пятнадцать за дебош и хулиганство. Ой, а сколько же мне дадут за порчу личного шарфика гражданина начальника?!
Народ в коридоре проворно сторонился, уступая нам дорогу.
– Повели болезную! – тонким голосом жалобно воскликнула какая-то сердобольная старушка.
– Цыц! – мимоходом беззлобно гаркнул на нее Серый.
Черный свободной рукой распахнул дверь кабинета, меня внесли внутрь и довольно бережно опустили на какое-то твердое сиденье. Глянув вниз, я с изумлением обнаружила, что сижу на деревянной парковой скамье с витыми чугунными ногами.
– Вещдок, – упреждая вопрос, скупо пояснил Серый. – Очень прочная. Даже вас выдержит.
«Даже вас»! Да во мне немногим больше полусотни кило! Бараний вес! Хотя, наверное, парень имел в виду мои выдающиеся способности по части разрушения…
– А теперь начнем все сначала, – не позволив мне открыть рот, с нажимом сказал Черный. – Кто вы и зачем сюда пришли?
Я представилась и вкратце сформулировала суть проблемы.
– Какой у вас автомобиль? – деловито спросил Серый, что-то черкая на бумажке.
– Белый, – с готовностью откликнулась я.
Мужик снова окинул меня критическим взглядом.
– «Шестой», – поправилась я.
Та же реакция.
– Ну, белая «шестерка»! «Жигули»! Номер наизусть не помню, но он записан у меня в блокноте.
– Где блокнот? – поднял голову Серый.
– В сумке.
– А где сумка? – Серый был очень терпелив.
– В машине, – ответила я. – Ой!
– В белой «шестерке»? – уточнил Черный.
Я молча кивнула. Парни снова переглянулись.
– Машина чья, ваша? В смысле, зарегистрирована на ваше имя? – спросил Черный.
– На имя моей подруги, Ирины. Собственно, это ее машина.
– А где же она сама? – Черный огляделся, словно надеялся увидеть где-то поблизости Ирку. – Пусть сама и заявляет!
– Она сама не может, – я покачала головой. – Она и не знает, что машину угнали.
Черт, сейчас они подумают, что это я у Ирки украла «жигуль», а потом ее уже у меня угнали – как говориться, вор у вора!
Тряхнув головой, я зачастила:
– Машина Иркина, сама Ирка сейчас в Сочи, а я езжу на ее «шестерке» по доверенности…
– Стоп! Дайте, я угадаю, где эта доверенность! – почти с восторгом вдохновенно воскликнул Черный. – Не иначе, в сумке?
– Которая лежит в машине! – весело подхватил Серый.
– В доме, который построил Джек, – угрюмо буркнула я.
Парни радостно захохотали. Раздумав рыдать, я тоже ухмыльнулась, и атмосфера в кабинете неожиданно потеплела.
– А я вас вспомнил, – сказал вдруг Черный. – Вы на телевидении программу ведете, как там она называется – «СИТИчко»?
– От слова «сити», – привычно пояснила я.
– Очень веселая программа, – продолжил Черный. – Мне нравится. Только я не думал, что вы и в жизни такая смешная!
– Обхохочешься, – подтвердила я, подпирая голову кулаком.
– Не огорчайтесь, – Серый достал из сейфа монументальные чашки и пакетики с мерзопакостным растворимым кофе. – Найдем мы вашу машину.
– То есть не вашу, но все равно найдем, – подтвердил Черный. – Вам кофе со сливками или без?
– Со стрихнином, – грустно пошутила я. И тут же спохватилась: – Нет-нет, это шутка!
Кто знает, может, парковая скамейка тут не единственный вещдок с места преступления?
Не знаю, каким снадобьем накормили меня любезные сыщики, но, выйдя из здания окружного УВД, я потеряла ориентацию в пространстве. Минут пять стояла на крыльце, тупо соображая, в какую сторону мне двигаться.
– Вам чего? – не выдержав, поинтересовался усатый дядя, сидящий в будочке у входа.
– Мне трамвая, – призналась я.
– Трамвай там, – сообщил он, махнув рукой за угол.
Я спустилась с крыльца, обогнула упомянутый угол, увидела в отдалении квадратную морду трамвайного вагона и пошла прямиком на нее: просто свернула с тротуара и зашагала через улицу наискосок.
