— Да, всё верно, — вскоре закончил он изучать их, — и пропуск у тебя выправлен на славу, и документы в порядке, ну, пойдём, проведу тебя к коменданту. Он у нас строгий, хоть и такой же старый чурбан, как и я, вместе в одном полку служили, я до старшего унтер-офицера дослужился, а он подпрапорщиком был, вот должности у нас и на гражданке разные, кто что выслужил, тому то и полагается. Ты, как, один жить хочешь али с кем?
— А что, можно разве одному в комнате?
— А почему нет? Можно, конечно, у нас всякие комнатки есть.
— А мне сказали, что только по двое.
— Ну, мало ли кто и чего сказал. Сказал, что есть, значит, есть. Идём, — и я последовал за ним через холл.
Найденный комендант полностью соответствовал описанию вахтёра: далеко за пятьдесят, коренастый, с хитрым прищуром светло-голубых глаз и с одной ногой на металлическом протезе.
— Так, новое пополнение к нам приходит, — обрадовался он, увидев меня. — Мало вас идёт на инженеров, не все конкурс проходят, не все смогут перейти на второй курс, но списки у меня есть. Как зовут?
— Фёдор Дегтярёв.
— Так, ищем, ищем, ага, нашёл! — водя пальцем по бумаге и остановив его напротив нужной фамилии, сказал комендант. — Есть такой, на какой факультет?
— Водного и железнодорожного транспорта.
— Ага, соответствует. Так, у нас сейчас мест много, людей планируется больше набрать, поэтому пока можно и по одному расселиться, а потом, может, придётся и потесниться. Ты в числе самых первых приехал, тебе и выбирать. Идём.
Вместе мы обошли весь этаж, и я посмотрел все возможные варианты, остановившись на угловой комнате, в которую при всём желании второй жилец не смог бы поместиться. Не знаю, что меня к тому подтолкнуло, я очень люблю общаться с другими, но сейчас не захотел ни с кем иметь дело.
Пусть лучше маленькая комната, но своя. Единственным минусом оказалось то, что все удобства находились в коридоре, а не как в других комнатах, где на две большие комнаты, рассчитанные на два или три человека, располагалась отдельная умывальная комната и туалет. Ну, ничего, я общей душевой смогу пользоваться, здесь их в коридоре целых две, и туалет есть.
— Ну, что, выбрал?
— Да, вот эту возьму, угловую.
— Окошко в ней маленькое, но зато один будешь жить, без соседей. Хорошо, бери, Дегтярёв, эту. Въезжай, бельё я тебе выдам, замена раз в неделю, хочешь чаще, плати пять грошей в неделю, будешь всегда на свежем спать. Питание раз в сутки, в обед, по расписанию, с двух часов пополудни до трёх с четвертью. Смотри, не опаздывай, иначе без обеда останешься. Что ещё? Завтра день рабочий, тебе расскажут всё, чего не знаешь, и будут новые жильцы к нам въезжать.
— А воскресенье?
— Воскресенье выходной, и в столовой тоже. Компенсацию за отсутствие обеда в воскресенье получаешь в начале следующего месяца. Каждый обед стоит тридцать пять грошей, за четыре воскресенья получается почти полтора целковых. Не бог весть какая сумма, но грошик к грошику, и полтина получится, а где полтина, там и золотой, то бишь, злотый. Историю-то изучал, Дегтярёв?
— Изучал в гимназии.
— То, что ты учился в гимназии, я вижу. Молодец, что надел форму, в ней тут проще, но в понедельник общая встреча первокурсников всей академии с руководством, приедут и высокородные гости, а уже со вторника занятия начнутся. На линейку каждый может прийти, в чём хочет, но будучи чистым и опрятным. А со вторника на занятия приходят также, кто в чём, кроме тех, кто обучается за казённый кошт. Ты, Дегтярёв, на бесплатном обучении, поэтому приходишь в форме, которую определило для нашего учебного заведения министерство образования Склавской империи. Понял?
— Да, а где мне взять форму?
— Получишь на складе, но учти, там будет и мятая, и не самая хорошая, а тебе весь год в ней только и ходить, а ещё нужен костюм для занятий физическими упражнениями и костюм для работы в поле. Государство о тебе позаботится, оденет и обует, но не сильно на это надейся. Если хочешь удобную форму, то сшей её себе и купи всё остальное, и совет: если уж решишься, а судя по твоему виду, денег у тебя с собой немного, то покупай на вырост. За год ещё вытянешься, возмужаешь, и перестанешь походить на зеленоглазого цыплёнка.
От этих слов у меня вспыхнули щёки, а руки невольно сжались в кулаки.
— Но-но, вижу, что не по нраву тебе мои слова пришлись, но и ругаться с тобой у меня мысли нет, ты слушай старого воина, старый солдат не обманет и не предаст, так что, учти это на будущее. Нравы в академии не солдатские, но бывает всякое, учись за себя постоять, и не на кулаках придётся драться, тут людишки посерьёзнее встречаются, отпрыски из благородных семейств, а то и неблагородных совсем, но с гонором. Ты, вижу, парнишка смышлёный, небогат, вроде из простых, но не совсем, так что, мотай на ус. Хотя, какие у тебя усы, мотай на ум, что я тебе сказал. Старый я совсем стал, забалтываюсь, но вижу, что некому тебя на путь истинный поставить. Форму, где получить, я тебе завтра покажу.
— А чтобы сшить, куда обращаться и сколько стоит пошив?
