Тем временем в Александрию через северные ворота уже входили викинги. Воодушевленные очередным успехом. Вдохновленные жертвой морскому богу, что Ярослав принес накануне по утру. И предвкушающие поистине ОГРОМНУЮ добычу.
Жертва…
Ранним утром 23 мая перед рассветом Ярослав собрал на своем корабле всех командиров и вождей как викингов со славянами, так и греков. И, выждав первые лучи света, совершил задуманное священнодействие. Пользуясь примитивным рупором, он произнес: «
Произносил Ярослав свою речь на греческом. Но рядом, после каждой его короткой фразы, ее переводили на стародатский.
Завершив он свою речь и велел бросить в море десятую часть добычи, что полагалась ему и его людям за эту битву. Лучшую ее часть.
Рагнар и прочие викинги, последовали его примеру, благо, что это полностью совпадало с германскими традициями вотивных даров. Причем, выброшенный в море предмет приносился в жертву богу самым полным и истинным образом. Точно также, как выброшенный на середину глубокой реки или в болото. То есть, его уже не достать. Не схитрить.
Греки же колебались дольше всего.
С одной стороны, они видели, что победа славная и явно в ней не обошлось без вмешательства высших сил. С другой стороны, они были христианами. С третьей, Посейдон был греческим богом. И уклонение от поклонения ему исконными греками, в виду варваров, что оказали ему почести, задевало. В четвертой, им было жалко отдавать десятую долю добычи. Их командирам. Простые же бойцы, видя, как поступают и эти легионеры, и эти северяне, посчитали, что и им так надо. Поэтому, немного помедлив, и византийцы, выставленные домом Сарапантехос, принесли жертву Посейдону.
Ярослав же каждый раз повторял свою «молитву», дабы бог услышал и принял их дары…
И если там, в проливе Карпатос, греки еще сомневались и пошли на эту жертву скорее оказавшись в сложной ситуации. То вечером 24 мая 865 года, они без тени сомнения и сожаления резали пленников и сжигали часть трофеев во славу Ареса…
Консул Нового Рима был доволен. Он создавал прецедент на фоне нарастающего кризиса христианского и, в общем-то исламского мира. Черт его знает, как там все дальше получится. Но то, что теперь и халифу, и патриархам придется как-то выкручиваться — факт.
И если халиф еще мог объявить Ярослава язычником и пособником шайтана, то с патриархами дело обстояло куда сложнее. Им идти на прямую конфронтацию было нельзя. Не выгодно политически. Ведь древняя римская церковная традиция, сохранившаяся в полной мере в греческом обряде, опиралась на концепцию симфонии. То есть, держалась не правого и законного, а сильного, который всегда прав. И так получалось, что сильным выходил Ярослав…
[1] «Кошка» — в данном случае имеется в виду «абордажная кошка», то есть, небольшой якорь с тремя-четырьмя «лапами», закрепленный на канате, который забрасывался на борт корабля при абордаже. Также применялся при штурме крепостей. Формально был изобретен в III до нашей эры в Древнем Риме. Но долго время применялся только для фиксации вражеского корабля во время абордажа. Для того, чтобы забираться на высокие борта кораблей или стены стал использоваться в Европе только в Новое время.
[2] Legio aeterna vitrix! — (лат.) «Легион вечный победитель!» Ключевой припев песни, которую пели легионеры Ярослава еще в кампании 863 года при столкновении с хазарами. С песней подобного типа можно ознакомиться тут https://www.youtube.com/watch?v=VkeLkuFzPfM
После разгрома Сирийского флота в проливе Карпатос, Ярослав отправил один дромон греческих союзников в Афины. Славная новость и условный сигнал. Поэтому дом Сарапантехос, фактически контролирующий фему Хеллас, выдвинул к проливу Карпатос своих торговых моряков и рыбаков дабы захватить свободно дрейфующий флот халифа.
Ярослав и ведомые им войска просто бросили эти корыта свободно болтаться в море и пошли дальше. Дескать, не до них. Но это было сделано с умыслом. Чтобы родственники смогли их прихватить себе. Пусть и не все, но даже полсотни дромонов — большое приобретения! Там то, в проливе греков и настиг второй вестовой, сообщивший о взятие Александрии.
Ни медля ни секунды, дом Сарапантехос мобилизовал все водоплавающие средства, до которых мог дотянуться, и ринулся на юг — к этому славному городу в дельте Нила. Там ведь было столько рабов… столько добычи…
Само собой, Василевс в этом праздники жизни не участвовал. Хуже того, Вардану только две недели спустя после морского сражения сообщили о том, что оно закончилось успешно. С аналогичной задержкой поступили и сведения о взятие старинной столицы эллинистического Египта.
И о жертвах старым богам…
