– Пока ни к чему лезть на рожон, – осадил секретаршу Крейг. – Пока все пускай идет своим чередом, привычным. Возможно, нам придется разработать стратегию, когда сюда приедут консультанты, но мы перейдем этот мост, когда доберемся до него.
– Жаль, что у меня стаж здесь совсем маленький, – обеспокоенно заметила Люпа.
– Пока я здесь – ты при мне, – заверил ее Крейг.
Но это не облегчило ее беспокойство настолько, насколько он ожидал, и, войдя в свой кабинет, Крейг спросил себя, а не знает ли она что-то такое, о чем пока не в курсе он.
– Они уже приняли решения, – сказала Энджи. – Кого уволят, какие ведомства объединят. Все уже решено. Единственная причина привлечения всяческих консультантов – оправдать свои действия и обеспечить себе прикрытие. – Она покачала головой. – Есть ли на планете более борзые аферисты, чем люди из консалтинговых агентств?
Она готовила ужин, разогревая соус для спагетти в одной кастрюле, пока макароны варились в другой, а Крейг сидел за кухонным столом и потягивал пиво.
– Я бы не был так уверен, – откликнулся он. – Ты не слышала, как звучал у Мэтьюза голос. Честно говоря, думаю, наверху все тоже сбиты с толку. Вот и ищут теперь того, кто подсунет им готовые решения.
– Такой расклад – еще хуже.
Дилан вышел из гостиной, встревоженный.
– Пап! Ты же сказал, что мы почитаем! Я тебя уже сколько жду!
Крейг улыбнулся, когда его сын подошел и схватил его за руку, пытаясь вытащить из кресла.
– Пошли! Читать пора!
Удивленно взглянув на Энджи, Крейг встал, оставив пиво на столе, и последовал за мальчиком в гостиную. На диване, на том месте, где он обычно сидел, Дилан положил книгу Стайна из серии «Ужастики» – ее они осваивали вместе. Крейг знал, что сын соревнуется с девочкой по имени Карен из его класса за наибольшее количество часов чтения каждую неделю, поэтому они вдвоем читали книгу вслух, чередуя главы, пока Энджи не велела им вымыть руки перед ужином и садиться, наконец, за стол.
После еды они почитали еще немного, заполнили ежедневный журнал чтения, а затем вместе почистили зубы. Дилан надел пижаму, затем Энджи уложила его в постель.
Позже, когда посуда была вымыта и Дилан уснул, они сели обсуждать, как им быть дальше, если Крейг вдруг лишится работы. Решив, что их сын не будет воспитываться в детском саду невесть кем и что дома всегда должен быть кто-то из родителей, Энджи ушла с постоянной должности больничной медсестры и устроилась на подработку по выходным в отделение неотложной помощи – еще до того, как Дилан родился. Так что с сыном она проводила все будние дни, а Крейг заботился о мальчике в субботу и воскресенье. Так или иначе, в финансовом плане на Крейге в семье все и держалось – без его дохода им ничего хорошего не светило.
– Не думаю, что до такого дойдет, – сказал он жене.
– Ты не можешь знать наверняка.
Тоже верно. В уме он постоянно инспектировал их ежемесячные расходы, мысленно подсчитывая, сколько они тратят и без чего можно обойтись. Больше всего денег забирала, само собой, ипотека – хотя, если бы он внезапно остался безработным, им также пришлось бы беспокоиться и о медицинской страховке, ведь подработка Энджи не давала никаких льгот. Медицина – серьезный источник расходов; пусть у них и оставался кое-какой запас на банковском счету, Крейг сомневался, что они смогли бы продержаться еще хотя бы год, если после увольнения он быстро не подыщет работу где-нибудь еще.
Но вслух, для Энджи, он ничего этого, конечно же, не сказал.
– Все у нас будет хорошо, – пренебрежительно бросил он. – Не докучай мне, я смотрю телик.
– Не смей затыкать мне рот, голубчик.
– Вообще-то я смиренно молчал, когда ты смотрела «Топ-Шеф»[1].
– Ладно, – смилостивилась она. – Смотри свои дурацкие процедуралы.
На том и порешили.
Фил ждал его на стоянке, когда он пришел на работу на следующее утро, и они вдвоем зашагали к помпезным воротам главного входа – из оргстекла и хромированных стальных планок.
– Вчера вечером я провел небольшое исследование касательно этого акционерного общества «БФГ», – сообщил Фил.
– И что раскопал?
– У этих ребят тяжелая рука. Но компании из списка «Форбс» почти все хоть раз к ним обращались. – Он выдержал эффектную паузу. – Их послужной список впечатляет.
– Но что-то тебя насторожило, верно?
– Ну… не сказать, чтобы прямо… – Фил украдкой огляделся по сторонам, будто боясь, что за ними шпионят. – Сказал же – тяжелая рука у этих ребят. Да, после их инспекций все цветет и пахнет, цены на акции растут… вот только штат урезается почти вполовину. Ну и их метод – «рокировка». Они отправляют людей, неквалифицированных делать что-либо вне своего профиля, решать задачи, им не подходящие, а когда те ожидаемо сыплются, им говорят заветное «извините, вы нам больше не подходите». Якобы такая подлянка – сугубо во благо трудящегося, для развития креативности и нестандартных навыков… хотя тут и ежу понятно, что весь принцип – искусственно подставить человека и подыскать повод его турнуть на законных основаниях. А на освободившиеся места прут салаги, требующие куда меньше денег.
