Пэм специально сказала, что они должны игнорировать консультанта и позволить ему наблюдать за их практикой и процедурами, поэтому Энджи почти ожидала, что ее вызовут в кабинет менеджера и отругают, но этого не произошло, и она продолжала работать без перерыва. Наступило небольшое затишье, и вскоре после двух ей разрешили пообедать. Ничего не взяв с собой, она планировала забежать в кафетерий на другой стороне улицы, и когда она увидела Шэрон в комнате отдыха, наливающую чашку кофе, Энджи спросила, не хочет ли та чего-нибудь. Шэрон тоже еще не обедала, но сказала, что обойдется.
– Что не так с этим парнем? – спросила она. – Этот сопляк еще должен указывать нам, как управлять отделением неотложной помощи? Я пугаюсь каждый раз, когда он просто на меня смотрит. Знаешь, он ввалился в смотровой кабинет, когда там была женщина, и сам на нее хорошенько так посмотрел. Верх непрофессионализма. Если никого лучше этого Моррелла не смогли найти…
– Я понимаю, о чем ты, – призналась Энджи. – У нас была женщина с геморроем, и он не просто ее осматривал – он словил стояк.
– Боже мой.
– Да, тот еще тип. – Она посмотрела на часы. – В любом случае мне пора идти. У меня всего полчаса в запасе. Уверена, что тебе ничего не нужно?
– Нет, правда.
– Ладно. – Энджи вышла за дверь, повернулась налево…
И наткнулся на консультанта.
Его лицо пунцовело, и он тут же упер взгляд в пол, пробормотал какие-то извинения и поспешил прочь по большой косой дуге. Он слышал, как они разговаривали! Энджи так и не поняла, умышленно ли он шпионил за ними или случайно подслушал разговор, но в любом случае ему было, очевидно, стыдно – и снова она даже застеснялась, что задела его чувства. Хорошо, что после возвращения с обеда Моррелл больше не попадался ей на глаза.
Дома Крейг и Дилан удивили ее пиццей на ужин. Угощение было скорее для них, чем для нее, но Энджи устала, не была в настроении готовить и уже потому оценила сей жест. Она бы оценила его еще выше, если бы они попытались приготовить что-нибудь сами, но Крейг был не из славной породы «мужей-шефов». Его редкие кулинарные усилия всегда и везде оборачивались безоговорочной гастрономической катастрофой.
Так что пусть будет пицца.
Она говорила о консультанте, пока они ели, но не уточнила детали при Дилане, рассказав Крейгу только о том, что произошло после того, как их сын вышел из комнаты. Он усмехнулся.
– Ну, похоже, нынче в консалтинговые агентства набирают напрямую из психушек.
– Я не беспокоюсь о своей работе или о чем-то таком, – сказала Энджи. – У меня есть стаж, и я – дипломированная медсестра. Но меня тревожит, что часть штата как пить дать попадет под сокращение. Это скажется и на моем графике в том числе. И да, как ни крути, а мне отчего-то жаль этого парня. Он ведет себя так, будто весь пубертатный период жил в подвале у матери – этакий Барни Файф, только без обаяния. Наверное, для него это первый серьезный выход на дело, а тут еще я ему наперчила…
– Дорогуша, так, как он, себя серьезные люди не ведут.
– Это понятно. Но у нас просто такая специфика… то, что видим мы, не каждый день увидишь.
Крейг ухмыльнулся.
– Неужто у нее были настолько отменные булки, что даже геморрой не испортил вид?
Энджи игриво шлепнула его, но по ходу его мыслей поняла, что сегодня вечером он настроен немного поразвлечься. Ей тоже этого хотелось, и потому, уложив Дилана и лениво проглядев не до конца эпизод сериала, они оба решили направиться в спальню пораньше. Она одурачила его, притворившись, что не в настроении, но как только они оказались под одеялом, прижавшись друг к другу, стянула с него трусы и потянулась к нему. Ее руки были холодными, что заставило его член съежиться, но Энджи это понравилось. Она предпочла, чтобы все начиналось с маленького. Ей нравилось чувствовать, как он растет в ней, и, как всегда, она испытывала чувство выполненного долга и удовлетворения, когда он твердел. Как только Крейг был готов, она отстранилась, припала на четвереньки, и он резко вошел в нее, схватив за ягодицы и с ходу задав весьма резвый темп. Он кончил первым, и она, мягко перекатившись на спину, позволила ему довести себя до оргазма, а потом они лежали оба, вспотевшие и счастливые, в темной спальне, перемежая ленивые ласки мокрыми томными поцелуями.
Горе-консультант снова должен был объявиться в отделении неотложной помощи в воскресенье, но его не было, и Энджи задавалась вопросом, не струсил ли он после того, как подслушал их вчерашний разговор. Ее определенно смущало присутствие постороннего среди них, но ей все равно было жаль этого неумеху после случившегося, и она была полна решимости относиться к нему справедливо и прилично, вопреки всем предубеждениям.
