Впервые Лана наткнулась на это заведение ещё четыре года назад. Наткнулась в результате частично удачи, а частично – упорных поисков. Причина их была проста и незамысловата: Лана хотела есть. Очень. Её личных средств хватало практически на любой ресторан из расположенных на платформах – при условии ежедневного посещения. Однако, приходилось следовать легенде. Начинающий сотрудник третьесортного консалтингового агентства просто не может обедать на той же Картье. А забегаловки террасы Форсайт предлагали жратву (иначе и не скажешь), абсолютно несъедобную даже с точки зрения организма, прошедшего суровую школу базы «Роузхилл» на планете Гарден. Хрен с ним, с качеством используемых продуктов, но специи! Синтетические специи, отбивающие обоняние почище самого скверного кофе!
В общем, уже через неделю пребывания на Большом Шанхае Лана здорово оголодала, но травить свой нос (не говоря уже о желудке) не хотела по-прежнему. Кроме того, осознание, к какому недотепе её засунули в подчинение, тоже не добавляло хорошего настроения. И на террасу Цельсий, куда горе-шеф отправил мрину ни свет ни заря с каким-то мелким поручением, она спустилась с Форсайт в самом скверном расположении духа. Спустилась – и обомлела.
Откуда-то здесь тянуло не чем-нибудь, а жареным беконом и свежей выпечкой. Так, бывало, пахло по утрам на кухне в доме папы Конрада. Поручение, такое же дурацкое, как давший его начальник, было немедленно забыто. Подождёт, не переломится. И к распашным дверям, над которыми подмигивала вывеска «У Тётушки Нэнси. Еда и ночлег», Лана прямо-таки подбежала.
Пробежать, кстати, пришлось немало: в это конкретное время система рециркуляции в зоне Цельсий работала «на вдох», и источник манящего запаха оказался на самом краю платформы. Но это было уже совершенно неважно, главное, она добралась!
В полупустом зале выбрать столик не составило труда. Да и дожидаться официантку не пришлось: та нарисовалась практически мгновенно, спросила: «Завтрак, мисс?» и исчезла. Недоумевая – а как же меню? – Лана огляделась, и обнаружила, что меню в этом заведении предельно простое. На доске возле стойки красовались надписи «завтрак», «обед» и «ужин», а напротив каждой строчки – цена. Вполне умеренная, кстати.
Должно быть, здешняя хозяйка не заморачивалась разнообразием подаваемых блюд. Да и пусть, лишь бы сейчас Лане подали то, от запаха чего её рот уже наполнился слюной. Она готова была простить кабачку не только отсутствие меню, но даже и наличие на дальнем конце стойки неумело изготовленного муляжа спящего кота.
Девушка так замечталась о завтраке, что не заметила, как к столику подошла тётка средних лет, сложенная навроде старинного форта и обладающая примерно такой же утонченностью. Назвать ее просто толстухой не поворачивался язык, но широченная многослойная юбка почти до пола и состоящая из множества оборок блузка делали женщину громадиной. Тяжелое некрасивое лицо окружали кружева объёмистого чепца, из-под которого выбивались короткие светлые пряди.
Со временем Лана узнала, что цвет волос Тётушки Нэнси, как и головной убор, зависят исключительно от её настроения. Тётушка бывала и блондинкой, и брюнеткой, и рыжей, порой красилась и вовсе в тёмно-красный или лиловый… Носила и чепцы, и тюрбаны, и шляпы всех возможных фасонов, и куфии, даже легионерское кепи, которым разжилась непонятно где. И, что самое удивительное, всё перечисленное чрезвычайно ей шло.
Но время ещё должно было пройти, а в то утро Лана могла лишь переводить взгляд с тётки на огромную тарелку и обратно.
– Мэм, – осторожно поинтересовалась, наконец, девушка, – а сколько здесь порций?
Гора яичницы, бекона и поджаристых оладий тянула, как минимум, на чудо.
– Считай, что одна, – усмехнулась женщина, без приглашения присаживаясь напротив. – Ты ведь кошка, верно? Уж я-то знаю, сколько надо слопать Маурисио, чтобы просто перестать лениться. Да и вообще, ты на мою дочку похожа.
Немного поразмыслила, и уточнила:
– На среднюю.
И тут произошло ещё одно чудо. То, что Лана приняла за муляж, открыло изумрудные глаза, поднялось, потянулось так и эдак, немного попинало воздух задними лапами, спрыгнуло со стойки и прошествовало к ним. Добравшись до столика, кот уселся рядом с Ланой – нос его был как раз на уровне её колена – и требовательно уставился на девушку.
– Извини, приятель, – улыбнулась она, – человеки лифтом не оборудованы.
Разумеется, нахал немедленно запрыгнул к ней на колени, которые под такой тяжестью чуть не разъехались. И, разумеется, пришлось поделиться с ним беконом. После чего Тётушка Нэнси предложила Лане скидку на комнату и стол – раз уж Маурисио всеми четырьмя лапами «за».
