Плечо заныло, очевидно, я ушибла его при падении, но сейчас было не до этого. Нащупав рукой камень, я изо всех сил ударила им в висок Виктора. Он тихо застонал, но в следующий миг я почувствовала удар локтем в живот.
Дыхание перехватило, горло словно сузилось.
Не могу дышать...
Воспользовавшись моментом, он перевернулся, сбрасывая меня со своей спины, выпростал руку.
Черт, пистолет!
Морально я уже приготовилась к смерти, но мое тело было явно с этим не согласно. Рука бросилась вперед, и камень, про который я успела позабыть, полетел в голову Виктора.
Он пошатнулся, громыхнул выстрел.
Мимо.
Я была готова броситься на него, хоть прекрасно понимала, что времени на то, чтобы выстрелить еще раз, у него больше.
Выстрел.
На миг все замерло. Ветер перестал шуметь, движения Виктора замедлились, мое дыхание остановилось.
А потом я увидела, как он заваливается на бок.
Казалось, он все еще смотрел на меня своим лишенным любых чувств мертвым взглядом, но теперь он был мертв в самом что ни на есть прямом смысле.
Кто стрелял?
Вокруг - ни души. Мертвый пустырь. Недостроенный дом рядом, из-за него выглядывал еще один, вышка уже успевшего поржаветь подъемного крана - и никого.
Собрав силы в кулак, я бросилась к Виктору, перевернула его. Тяжелый!
Ого!
Его грудную клетку просто разнесло в клочья. Снайперская винтовка! Только это оружие могло сделать такую рану!
Почувствовав прилив адреналина, я бросилась к машине, прижалась к дверце, стала осматривать верхние этажи недостроенного здания.
Тщетно.
Хороший снайпер, а снайпер был явно хорошим, не будет выглядывать из окна. Он затаится внутри здания, сделает один-единственный выстрел и по-быстрому уйдет с места происшествия.
Но кто он такой? Почему мне помогли?
Только сейчас я почувствовала нарастающую боль по всему телу. Казалось, болело все, начиная от пальцев ног и заканчивая кончиками волос. А особенно боль ощущалась в животе. Я ощутила солоноватый привкус во рту и поняла, что это кровь.
Зараза!
Все вокруг начало меркнуть, кружиться, к горлу подступала тошнота.
Превозмогая боль, трясущимися руками я открыла дверцу 'Порше', скользнула на водительское сиденье. Вадим, находящийся под действием звукокода, все так же мирно спал на заднем сидении. Снайпера я не боялась - если бы он хотел убить нас обоих, я была бы уже мертва. Он явно мне помогал. Неужели Иваныч предвидел это и послал человека мне на помощь?
Но сейчас было не до размышлений. Картинка перед глазами теряла контуры, расплывалась, казалось, я вот-вот потеряю сознание. Нужен лечебный звукокод и аптечка. Я протянула руку между сидений, дотянулась до планшета, одним касанием отключила код сна. На большее не хватало сил.
- Вадим, - позвала я, почувствовав, как мой голос хрипит, а в горле что-то булькает. - Вадим! Проснись!
- Да? - ответил он почти сразу. - Мы приехали.
- Пока нет, - прохрипела ему. Видишь планшет рядом с тобой? Найди в нем файл под названием 'Заживление' и запусти его.
- Да, сейчас, - мгновенно встрепенулся он. - Что случилось?
Но говорить не было сил.
- Все, включил.
Я почувствовала легкий свист в ушах, но одного звукокода было явно недостаточно. Пока он отдаст команду мозгу, а тот начнет заживлять тело, пройдет с полчаса, а за это время я могла отключиться. Мне не хотелось, чтобы Вадим видел окровавленный труп, но другого выхода не было.
- Вадим, вот, возьми, открой багажник и поищи там аптечку, - сказала я, вынула ключи из замка зажигания и легонько бросила на заднее сиденье.
- Сейчас, - ответил он, и я услышала, как дверца машины открывается.
Сознание уплывало все дальше, веки потяжелели, казалось, что они - самое тяжелое, что есть в моем теле. В голове что-то стучало, словно там завелся миниатюрный кузнец, все время грохочущий своим молотком. В горле пекло, будто там разгорелся огонь.
Я услышала голос, но не могла расслышать слов. Что-то коснулось моей щеки.
Приложив все силы, я смогла приподнять веки и увидела расплывающееся лицо Вадима. Он что-то говорил. Из-за стоявшего в ушах протяжного гула не расслышать. Говорить тоже не получалось - язык упорно не желал шевелиться.
А потом все окунулось во тьму.
Я резко открыла глаза, словно знала, что мне угрожала какая-то опасность, и оглянулась.
Все та же машина, Вадим на заднем сиденье, труп на улице. Уже хорошо - никто случайно не пришел сюда и не вызвал полицию. Только сейчас я почувствовала, что у меня ужасно болит голова, словно кто-то протыкал её невидимым копьем. Но надо убираться отсюда, и чем скорее, тем лучше.
Я села за руль, завела двигатель, несколько раз моргнула, отгоняя марево, и неспешно вырулила территории стройки.
- Вадим, сколько я пробыла в отключке? - спросила мальчика.
- Где-то полчаса - час, - ответил он.
- Ты не пытался меня разбудить? - я открыла лежащую на соседнем кресле аптечку, нашла там обезболивающее и, не думая о последствиях, забросила в рот сразу три таблетки.
- Вам нужно было отдохнуть, - спокойно ответил Вадим.
- А если бы кто нагрянул? Даже случайный прохожий?
- Не нагрянул бы, - улыбнулся он. - Я знал, что никто не придет.
