Контейнер «Россия» полностью

Ссылаясь на средневековую каббалистическую «Книгу Зоар», Павел Флоренский указывает на описанные в ней соотношения мер. Семь недель божественного времени (в переводе на диалектико-материалистический язык это намного больше 13,5 миллиарда лет) Господь «играл» с буквами и цифрами. Он их изучал. Менял местами, «сталкивал друг с другом». Затем за семь дней божественного времени Он сотворил мир и рай. Соотношение двух эонов – семь недель и одна неделя – показывает скрытое в абсолютных формах, числах и буквах могущество. При этом, подчеркивает Флоренский, совсем не учитывается ТЕМНАЯ СТОРОНА АЛЬФЫ (это число или буква, о которой ничего не известно и которая ведет в параллельные миры и сжатые в нашей реальности измерения, составляющие космос). Многообразие абсолютных форм – это духовно-гравитационная и одновременно антифаталистическая сила. Мы заблуждаемся, говоря о том, что наша жизнь здесь и сейчас реальна. Хотя неясно, наделены ли доисторическое время и время основания мира одними и теми же свойствами или нет. Однако, предполагает Флоренский, если их свойства разнятся, то мы существуем в «сцепленных» друг с другом реальностях, потому что «время» и «реальность» – это два разных слова, обозначающих одно и то же. На упрек большевистского комиссара в том, что его теория напоминает учение Платона, которое, в свою очередь, является идеалистическим, Флоренский упорно молчал (что обернулось против него). На излюбленную реплику «жертв» плановой экономики: «Мы стали просто цифрой», Флоренский отвечал: цифра – это высшая форма существования. Один из учеников великого математика записал его высказывания в блокнот, сожженный позже ГПУ.

Такт музыки небес в самом начале существования вселенной составлял 10^–43 секунды.

Илл. 103. Шустрый поедатель насекомых, Leptictidium, найденный в глинистых сланцах мессельского карьера. Один из наших прямых предков

Илл. 104. Гипотетическая реконструкция формы тела одного из ранних черепных животных (Craniata). Обратим внимание на то, что тела этих животных напоминают дирижабли. Разработка и усовершенствование этих судов, мирно рассекавших воздух, быстро прекратилось всего‐то из‐за пары несчастных случаев. Несчастные случаи – это мотор эволюции, в том числе и технической. После того как в Мировой войне 1914–1918 годов дирижабли оказались совершенно бесполезными, их объявили символом будущего мирного неба

Илл. 105. Ископаемый бобр Palaeocastor. Ближайший родственник летучего грызуна Eomys

О, вероятно, самом древнем виде второй основной ветви динозавров известно, что жевательные зубы у его представителей были смещены внутрь челюсти таким образом, что по бокам головы образовывался своего рода «выступ». Следовательно, у писанозавра были щеки, то есть мышечно-кожаные карманы, возникшие вокруг челюсти. За пределами челюстей у них образовались накопители пищи, куда попадали неразжеванные остатки поедаемых растений. С тех пор ЩЕКИ стали отличительной чертой представителей животного царства. Аргентинские ученые Х. Ф. Бонапарте и Ф. Э. Новас, работавшие c найденными в Патагонии останками писанозавров, пишут, что эти животные могли хранить за щеками значительные объемы пищи. Именно в Аргентине можно найти окаменелости этих исключительно удачливых представителей фауны, от щек которых происходят все щеки, в том числе те, что можно брить и нежно поглаживать, первоначальной функцией которых (совсем как у хомяков) было все‐таки хранение пищи.