Стараясь держать платформу как можно ровнее, пилот максимально снизился, до поверхности пляжа оставалось метра четыре, не меньше. Он уже хотел предложить пассажиру подождать, пока платформа отлетит чуть в сторону, туда, где песок вздымался небольшой дюной, но не успел. Койра одним махом перепрыгнул через борт платформы и полетел вниз. Пилот невольно ахнул, но пассажир уже удачно приземлился на четвереньки. По-собачьи отряхнувшись всем телом, скидывая песок, он выпрямился и поднял правую ладонь в благодарном жесте, давая понять, что платформа может улетать.
Пилот вздохнул с облегчением:
- Хвала Силе! Приказ выполнен.
Радовался он не за Койру, а за себя - наконец-то избавился от собаки. Мало того, что Койра грубый и вздорный, так еще изо рта у него пахло так, что рядом сидеть было невозможно. Видно правду говорят, будто он жрет всякую дрянь, словно бешеный пес.
Платформа набрала высоту, треугольная тень мелькнула на песке и исчезла. Снизу она и впрямь напоминала утюг, не зря ее так прозвали в войсках совета.
Зарн и Ронд дружно отпрыгнули в стороны, когда, чуть не им на головы, с борта платформы спрыгнул человек в сером деловом костюме. Он приземлился, проворно сгруппировавшись, и сразу, еще не успев разогнуться, с шумом втянул носом воздух. Гоблин и атлант удивленно переглянулись. Их командир Таух остался невозмутим. Он, не торопясь, достал "Око следа", размотал шнурок и, как учил жрец, приложил медальон к отпечатку женской ноги на песке. Медальон тут же ожил, черная гадюка разомкнула тугие кольца и подняла голову. Она взяла след. Наблюдая за тем, как красный рубин внутри круга разгорается все ярче, Таух улыбнулся:
- Жрец был прав, медальон приведет нас к мерзавке, которая владеет ключом. Где бы она ни была, ей не скрыться! Койра, говорят, ты умеешь преследовать жертву не хуже гончей. Давай, покажи, на что способен!
Невзрачный человек в деловом костюме потупил взор. С легкой брезгливостью Таух надел ему на шею медальон.
- Не снимай, пока не отыщешь ключ. Понял? И смотри, не упусти добычу!
Передав магический амулет, Таух поморщился и вытер руки о френч. Он не заметил, как Койра поменял позу. Едва "Око Следа" перекочевало к нему, как собака оскалился и сомкнул стальные пальцы на плече Тауха. Атлант дернулся, но плечо словно сжали стальные тиски.
- Что ты себе позволяешь? - выкрикнул он.
Койра приблизил к атланту лицо и произнес ровным голосом:
- Я тебе не ищейка и не слуга. Для тебя я помощник Сетха и верный страж. Если Сетх прикажет, я любому перегрызу горло.
Желтоватые крупные зубы обнажились в улыбке-оскале, на Тауха пахнуло смрадным дыханьем. Атлант нервно дернулся. Койра нехотя отпустил руку и уставился на медальон. Рубин в "Оке следа" горел ярким огнем, змейка повернула голову вправо, указывая путь. Койра сунул "Око" за пазуху:
- Что мне делать с женщиной, после того, как я ее найду? - как ни в чем не бывало, спросил он.
- Делай, что хочешь, только принеси ключ. - Таух потер плечо. - Девица нам не нужна, можешь ее хоть сожрать.
- Хорошо. Мне это нравится.
Атлант перестал интересовать Койру. Собака повернулся к нему спиной, встал на отпечатки женских следов, и потрусил вперед.
- Учтите, у нее сфинкс! - крикнул ему вслед Таух, но ветер унес слова.
Атлант махнул рукой:
- Бешеный пес! Чтоб тебя Океан смыл! Посмотрим, как ты сплавишься со сфинксом.
Приказ был выполнен, Койра пущен по следу. Командир вздохнул с облегчением и дал команду дозорным приступить к охране портала.
Дорога, соединяющая Лунд с шоссе, полукругом огибала лес. Почти месяц назад Сирин и Мурзик шли по ней от остановки рейсового триарда, к поселку. Тогда они надеялись поймать попутку, но теперь Сирин знала, надеяться не на что, у жителей Лунда нет машин. Была одна - у Тодора, и та пропала. Нет больше старенького диарда, как нет и самого старосты Лунда. Погиб. Сирин шмыгнула носом.
Значит, идти по дороге нет смысла, только время терять, лучше двигаться по прямой, через лес. Заплутать она не боялась, даже если собьешься с пути, Мурзик отыщет дорогу. У сфинкса прекрасное чутье, он всегда точно знает, куда надо бежать.
Вначале деревья росли совсем редко, лес напоминал пригородный парк, куда Сирин с отцом ходила гулять. В ту далекую пору ее еще звали Кайдой, она закончила первый класс, и ей подарили велосипед. Папа учил ее кататься. Песчаные дорожки петляли между больших старых ясеней, Кайда очень боялась врезаться в дерево, больше всего ее пугали не ушибы и падение, а то, что она может поранить дерево, наехав на него. Высокие остролистые красавцы казались ей разумными существами, повидавшими в жизни куда больше ее самой. Под порывами ветра ветви что-то шептали, будто переговаривались, и Кайда, неслась по дорожкам, силясь понять, о чем они говорят. Поначалу папа бежал рядом, придерживая велосипед, а потом стоял в стороне и, улыбаясь, смотрел, как она нарезает круги вокруг клумбы. Самой же Кайде казалось, что она не едет, а летит - так быстро мелькают цветы и скамейки. Потом папа уехал в очередную экспедицию, мама была слишком занята, и прогулки в парке прекратились...
