Матери объяснили, что на юге, у моря и на западе, близь Покинутых земель, есть прекрасные клиники, где излечивают такие недуги, ну, а если денег у нее нет, то надо записаться на бесплатную программу помощи малообеспеченным семьям. Мать записалась. Очередь шла медленно. В семь лет Гордон попал на прием. Маленький, худой, с большой головой и взглядом старика, он ждал чуда. Он смотрел на титулованного целителя в дорогом костюме и надеялся, что тот взмахнет рукой, и Гордон сможет бегать, прыгать, а его нога вырастет и окрепнет. Детям свойственно ошибаться...
- Чего вы хотите? - с укором спросил целитель, обращаясь к матери Гордона. - У нас лечатся дети, которые совсем не могут ходить, иногда они лежат, прикованные к кроватям. У вас совсем другой случай. Ваш мальчик вполне может передвигаться. Он не подпадает под лечение по нашей программе. Он должен каждый день делать упражнения, а когда вырастет, можно будет подумать об операции.
Мать покорно встала и взяла Гордона за руку, но он вырвал из ее руки худую ладошку, хромая рванул к столу и, наклонившись к целителю, спросил, заглядывая ему глаза:
- Вы не вылечите мне ногу?
Целитель снисходительно улыбнулся:
- Нет. Ты вполне можешь ходить, тебе надо делать упражнения и тогда...
Недослушав, в отчаянии и злобе, Гордон, схватил со стола дорогую ручку целителя и, напрягая все силы, попытался ее сломать. Ручка не поддалась.
- А-а-а-а! - заорал Гордон.
Швырнул ручку на пол и топнул по ней ногой. Ботинок с толстой подошвой стукнул об пол. Не удержав равновесия, Гордон свалился, в бессилии забил руками, продолжая кричать. Обескураженная мать принялась извиняться и утешать сына. Так Гордон понял, что никакой добрый волшебник его не спасет. Но вскоре ему довелось познать еще одну истину - всегда найдется тот, кому будет приятно унизить и втаптывать в грязь слабого и немощного.
Школьная жизнь превратилась для Гордона в кошмар с тех пор, как в класс пришел Тим Айлен. Тим обладал всем тем, чего не было у Гордона: высоким ростом, спортивной фигурой, смазливой внешностью и обеспеченными родителями. Вокруг Тима всегда вились мальчишки, над которыми он верховодил. А чтобы каждому было ясно, какой Тим крутой, остроумный и властный, он выбрал себе мишень и каждый день упражнялся в насмешках. Мишенью, конечно же, стал Гордон. В младших классах он ревел, потом научился переносить тумаки и издевательства молча.
Гордон не танцевал. На выпускном вечере в честь окончания школы он стоял в стороне, у стены, и смотрел, как танцуют другие. Собственно смотрел он не на всех, а на Филу. Она была красавицей: рыжие волосы, фиалковые глаза. Вокруг нее всегда вертелись лучшие ученики, спортсмены, красавцы. Гордон не решался даже заговорить с ней. И вдруг произошло чудо, она словно почувствовала взгляд Гордона, обернулась и медленно пошла к нему через зал. Они оказались одного роста, щуплый хромой юноша и прекрасная Фила.
- Ты танцуешь? - улыбнулась она ему.
- Я не умею. - Признался Гордон.
Он был готов к тому, что Фила отвернется от него и уйдет. Зачем ей возиться с калекой? Но вместо этого, она еще раз ослепительно улыбнулась:
- Не бойся. Танцевать очень просто. Я научу тебя.
Она взяла Гордона за руку, а вторую руку положила ему на плечо. Затаив дыхание, еле касаясь пояса ее платья, он обнял Филу за талию и, стараясь держаться как можно ровнее, совершил первый в своей жизни танцевальное па. Кажется, все в зале смотрели только на них. Шутка ли сказать, убогий танцует с красавицей! Но Фила будто не замечала чужого внимания, не спеша переступая в ритм танца, она спросила:
- Что ты собираешься делать после школы?
- Пойду работать.
- Как, прямо летом, не отдохнув?
- Не знаю. - Он очень волновался. - А ты будешь отдыхать?
- Да. Завтра я хочу пойти в кино. Пойдешь со мной?
Гордон чуть не упал. Он плотнее обнял Филу за талию и пообещал:
- Я куплю билеты и буду тебя ждать.
- Хорошо.
Музыка кончилась, Фила одарила его улыбкой и пошла к подругам.
Гордон думал, что она не придет, но Фила даже не опоздала. Они были в кино, а когда возвращались домой, Тим с дружками поджидал их на улице. Город уже окутали поздние летние сумерки, прохожих почти не было, только у края сквера стоял припаркованый диард, в темных стеклах которого отражалось небо.
- Какая экзотическая пара! - заорал Тим. - Красавица и чудовище! Фила, тебе захотелось острых ощущений? Так мы тебе их живо устроим! А может, ты решила облагодетельствовать урода?
- Чего тебе надо? - Фила чуть отступила в сторону, но дружки Тима преградили ей путь.
Насмешки, угрозы, ругательства. Фила заплакала. Все это время Гордон стоял как вкопанный, он привык к оскорблениям, привык бояться Тима и его дружков, привык молчать. Он хотел бы заступиться за Филу, но привычка оказалась сильней. Тим толкнул его, Гордон чуть не упал.
- Пусть они поцелуются! - приказал Тим. - Посмотрим, умеет ли урод целоваться.
Парни, смеясь, начали подталкивать Гордона и Филу друг к другу.
- Целуйтесь!
Тим схватил Гордона за плечо. Тут Фила закричала, но не Тиму, а Гордону:
